Сжигая запреты

Да, нам предстоит вернуться в реальность, и она своими нерушимыми составляющими несколько пугает. Но жить постоянно в изоляции невозможно. Мы обязаны ворваться в существующий мир и поймать баланс. Научились этому на острове. Должно получиться и в условиях цивилизации.

В аэропорту, едва я включаю телефон, моей уверенности приходится несколько пошатнуться.

Ты мне не доверяешь?

Ничего Шатохину не говорю. Держу расчет на то, что с глазу на глаз смогу Тёме все объяснить. Нельзя, чтобы он обидел Даню словами. Никому нельзя.

– У тебя дел, наверное, накопилось… – обращаюсь к любимому красавчику, который притянул на себя все взгляды в зале выдачи багажа и даже не замечает этого.

Как всегда, впрочем.

Ладно, девчонки… Хотя именно они больше всего раздражают. А все эти тетки просто недоумение вызывают. Неужели за столько лет жизни не научились матронушки скрывать свой интерес?! Большая часть с мужьями и детьми стоят, а смотрят все на моего Даню!

– Да не особо, Марин, – прочесывая пятерней торчащую во все стороны макушку, подмигивает и улыбается так, что у меня на миг останавливается сердце. Пока я незаметно перевожу дыхание, опускает руку мне на плечи и притягивает к своему боку. Глядя снова на ленту, чтобы не упустить наши чемоданы, ровным тоном делится: – Из того, что запланировано – только разговор с батей Чарушем. Он давно вызывал к себе. Я все тянул… По большей части из-за тебя, конечно. Понимал, что нужно что-то сказать, а что именно – до острова решить не мог. Теперь знаю. Так что, думаю, сегодня у вас дома все вопросы и закрою.

Я не могу сдержать дрожь. Чтобы скрыть ее, нервно стискивая сцепленные на его талии руки, всем телом крепче к нему прижимаюсь.

– Дань… – выдыхаю как-то несмело. – А может, давай, сначала я? Подбросишь меня домой и поедешь ненадолго к себе. Я всех подготовлю. Потом позвоню тебе.

– Гонишь, Марин, – недовольно качает головой. – Не будет так.

Глушу молниеносную вспышку эмоций и заставляю работать извилины, представляя, как поступила бы на моем месте Лиза – ей ведь всегда удается найти подход к Тёме. Но пока я соображаю, на ленте появляется сначала один из наших чемоданов, а после и второй. Даня отстраняется, чтобы их забрать. А потом мы двигаем к выходу из терминала, и я, не в силах больше откладывать разговор, начинаю тихо говорить.

– Ситуация непростая, Дань. Будет лучше, если я сама все расскажу. Поверь, я знаю, как лучше преподнести. У меня есть план! Кроме того, мне еще с Никитой нужно объясниться…

Шатохин резко притормаживает. Поворачиваясь лицом, выдает мощнейшую гамму эмоций, которая моментально пронизывает мне грудь.

Ревность, страх, боль, гнев...