Запрет на вмешательство

Ему принадлежит в бою решающая роль. В любых условиях и во всех случаях мощные удары Красной Армии должны вести к полному уничтожению врага и быстрому достижению решительной победы малой кровью». Но кто сейчас вспоминал эти строки устава? Последняя атака старшего лейтенанта Федорова стояла у меня перед глазами, и я не понимал, что буду делать, когда и если меня бросят в такую же бессмысленную мясорубку. Этот вариант я пока решил отложить, как совершенно негодный.

Оставалось, по сути, всего два решения: найти небольшой отряд, возглавляемый грамотным командиром, и влиться в него, или самим набрать из одиночных красноармейцев, пробирающихся к своим, более-менее боеспособное подразделение. Командовать при этом, конечно, буду не я, а сержант Плужников, но это, явно не худший вариант — с сержантом кое-какое взаимопонимание у меня, кажется, наклевывается.

Оба этих решения имели один общий недостаток. Практически невозможно было предсказать, как поведет себя новый командир или сержант Плужников, если командиром останется он. И тот и другой могли принять решение присоединиться к более крупной части, а не выходить из котла самостоятельно, и помешать этому я бы не смог. В результате оба кажущихся удачными варианта грозили свестись к уже рассмотренному очень печальному раскладу.

— Нагулин! — шепотом позвал меня сержант, и я осторожно переместился к его наблюдательной позиции, — Похоже, прошли немцы. Можно пересекать дорогу. Приведи наших.

— Есть! — так же тихо ответил я и стал пробираться назад в чащу леса.

Когда мы вернулись к сержанту, ситуация на дороге снова изменилась, но на этот раз нам, кажется выпал шанс, правда, как всегда, не бесплатный. Движущийся в сторону фронта грузовик «Бюссинг-наг» в сопровождении одинокого мотоцикла выглядел в текущих обстоятельствах довольно странно. То ли немцы сочли, что здесь уже относительно безопасно, то ли грузовик сломался и отстал от колонны, но факт оставался фактом — к нам приближался противник, который был нам по зубам, и упускать такую возможность не стоило.

— Товарищ сержант, в километре к западу по дороге движутся грузовик и мотоцикл, — доложил я командиру. — Приближаются к нам, скоро появятся в прямой видимости. Больше я там никого не слышу. Мы плохо вооружены и почти не имеем боеприпасов. Разрешите уничтожить немцев и захватить оружие и транспортные средства?

Сержант дернулся и посмотрел на меня с некоторым удивлением. Ну да, я раньше все сбежать норовил с поля боя, а тут такое…

— А если там пехота, в грузовике? — с сомнением произнес Плужников, — тут-то они нас и возьмут тепленькими.

На самом деле я знал, что под брезентовым тентом «Бюссинга» людей нет — сканеры сателлита легко засекли бы инфракрасное излучение человеческих тел.