Запах соли, крики птиц

Об этом никогда не говорилось. Никогда не упоминалось о том, что новая женщина отца переехала к ним через неделю после похорон матери. Никто не добивался правды, не вспоминал о жестоких словах, послуживших последней каплей. Никто не обсуждал того, как его мать отбросили в сторону, отмахнулись от нее с легкостью, уже не напускной, а настоящей. Как от старого зимнего пальто, которое заменили новым.

Зато заговорили деньги. За прошедшие годы они выросли в огромный долг, в долг совести, который, казалось, навсегда останется неоплатным. Калле принимал деньги молча, нередко даже требовал, ни словом не упоминая известный им обоим источник всего этого. Тот день, когда в доме эхом отдавалась тишина. Когда его крик так и остался без ответа.

Пленка стала перекручиваться обратно. Она влекла его назад, все быстрее и быстрее, пока в памяти опять не всплыла зернистая, скачущая картинка. Он вновь бежал навстречу распростертым объятиям мамы.

— Я бы хотел в девять часов собрать совещание. Узнай, пожалуйста, подходит ли это остальным. В кабинете Мельберга.

— У тебя усталый вид, ты что, всю ночь кутил? — Анника посмотрела на него поверх компьютерных очков.

Патрик улыбнулся, но до его уставших глаз улыбка не дошла.

— Если бы. Нет, я просидел полночи за чтением бумаг и документов. Поэтому нам и надо собраться.

Он отправился к себе в кабинет и посмотрел на часы. Десять минут девятого. Он смертельно устал, глаза плохо видели от долгого чтения и недосыпа. Но у него оставалось пятьдесят минут, чтобы собраться с мыслями, после чего предстояло доложить о том, что он обнаружил.

Пятьдесят минут пролетели слишком быстро. Когда он вошел в кабинет Мельберга, все уже собрались. По пути на работу Патрик по телефону кратко ввел начальника в курс дела, так что тот приблизительно представлял, о чем пойдет речь. Остальные смотрели на него с интересом и некоторой надеждой.

— В последние дни мы бросили все силы на расследование смерти Лиллемур Перссон, в ущерб расследованию дела Марит Касперсен.

— Как вы знаете, поначалу мы считали смерть Марит результатом несчастного случая. Однако техническое обследование и вскрытие показали, что это не так. Ее связали, засунули ей через рот какой-то предмет в горло, а потом влили большое количество спиртного. Это, кстати, и стало причиной смерти. Далее преступник или преступники посадили ее в машину и постарались представить все как ДТП. Больше нам почти ничего не известно. Правда, мы и не прилагали особых усилий к тому, чтобы раздобыть новые сведения, поскольку более… — Патрик подбирал слово, — интересное публике расследование потребовало от нас всех сил и вынудило распределить ресурсы, как мне теперь представляется, далеко не самым удачным образом.