Запах соли, крики птиц

 — Вчера без десяти час двое наших полицейских видели, как ты нападал на одну из участниц шоу, на Лиллемур Перссон.

— Вы имеете в виду Барби? — прервал его Уффе и рассмеялся. — Лиллемур… тьфу, блин, шутить изволите!

Патрик с усилием сдержал желание отвесить сидевшему напротив парню крепкую оплеуху. Мартин явно это почувствовал, потому что вступил в разговор, давая коллеге возможность немного собраться.

— Мы стали свидетелями того, как ты набросился на Лиллемур с кулаками. Что послужило причиной ссоры?

— Ну, я вообще не понимаю, чего вы к этому прицепились? Ничего такого ведь не было! Мы просто… немного поссорились! Я до нее едва дотронулся! — Беспечность стала исчезать с лица Уффе, сменившись некоторым беспокойством.

— Из-за чего вы поссорились? — продолжил Мартин.

— Просто так! Или, ну, она наплела обо мне разной фигни, а я об этом узнал. Мне только хотелось, чтобы она созналась. И извинилась! Нельзя же просто так нести всякую чушь. Мне только хотелось заставить ее это понять!

— Именно это ты позже ночью вместе с другими участниками и пытался ей внушить? — спросил Патрик, глядя в лежавший перед ним отчет.

— Да-а, — с расстановкой произнес Уффе. Теперь он уже сидел на стуле ровнее. Прилипшая к лицу усмешка поблекла. — Вы можете, черт подери, поговорить об этом с Барби. Уверен, она меня поддержит. Мы просто немного повздорили, и полиции незачем совать в это нос.

Патрик на мгновение переглянулся с Мартином, потом спокойно посмотрел на Уффе и сказал:

— Лиллемур не сможет нам особенно много рассказать. Ее утром нашли мертвой. Убитой.

В комнате для допросов воцарилась полная тишина. Уффе еще больше побледнел. Мартин с Патриком выжидали.

— Ты… вы… шутите?.. — произнес он наконец.

Полицейские никак не отреагировали. До него медленно доходило сказанное Патриком, и от улыбки не осталось и следа.

— Какого черта? Вы думаете, что я… Но я… Мы просто немного повздорили! Я бы не… Я не… — Он запинался и хлопал глазами.

— Нам нужно взять у тебя образец ДНК на анализ, — сообщил Патрик, доставая все необходимое. — Ты ведь не будешь возражать?

— Нет, блин, — под конец изрек он. — Берите, какого хрена вам надо. Я ничего не сделал.

Патрик наклонился вперед и с помощью обмотанной ватой палочки взял образец с внутренней стороны щеки Уффе. На мгновение показалось, что парень передумал, но, когда палочку опустили в конверт и запечатали, было уже поздно. Уффе не сводил взгляда с конверта. Он сглотнул и, широко раскрыв глаза, посмотрел на Патрика.

— Вы ведь не закроете сериал? Вы ведь не можете это сделать? Я хочу сказать, вы просто не имеете права! — Его голос был полон отчаяния, и Патрик почувствовал нарастающее презрение к происходящему спектаклю.