Запад в огне

Открывать окно тоже не дело, — налетит мошкара, особенно злющая в эту пору, тогда уж точно покоя не дождешься.

А тут еще сухота проявилась, которая буквально иссушила горло. Поднявшись, Демьян прошел к печи и черпнул ковш воды. Выпил два глотка. Машинально кинул взгляд во двор и увидел, как к дому быстрым шагом подходит человек. Всмотревшись в силуэт, он узнал Бояна, прежде служившего в сотне Кошеля, а ныне — доверенное лицо краевого командира.

По какому он делу? Какая такая напасть приключилась?

Отыскав брешь в черноте сгрудившихся облаков, проклюнулся месяц, осветив озабоченное лицо Бояна.

Набросив на плечи душегрейку, Демьян вышел из комнаты и быстро спустился вниз. В дверь раздался настойчивый стук.

— Кто там? — для порядка спросил он.

— Открывай, свои! — послышался знакомый нетерпеливый голос.

Отодвинув щеколду, Демьян впустил гостя.

— Почему ты сюда пришел? Тебя могли увидеть.

— Никого нет, не переживай, я был бдительным. У меня к тебе дело.

— Что за дело?

— Мне нужно затаиться на день, а потом я уйду. Москали меня ищут.

— А если тебя все-таки кто-то видел, тогда что? — строго спросил Демьян. — И меня спалишь, и сам погоришь ни за грош.

— Мне что, идти назад? — хмуро спросил Боян.

Приоткрыв занавеску, Демьян снова посмотрел во двор. Никого."

"— Ладно, оставайся, что с тобой сделаешь. Комиссары мне доверяют.

— Ты один?

— Один… Жена завтра подъедет, к теще уехала.

— У тебя будет что поесть? Сутки не жрамши.

— Картошка печеная устроит?

— Вполне. А маслица к ней не найдется?

— Будет и масло.

Прошли в просторную комнату, больше напоминающую зал. В самом центре стоял длинный стол, сколоченный из гладких дубовых досок, за которым вполне могло разместиться два десятка человек. Мебель в комнатах тоже барская, обитая дорогими тканями. Председатель колхоза не бедствовал. Для украинского села это вполне обычное, ни у кого не вызывало удивление, когда рядом с хатой, вросшей в землю, возвышались каменные хоромы.

Боян сел на стул, обитый красным бархатом, и, усмехнувшись, оглядел комнату:

— Откуда столько добра?

— У пана одного экспроприировал, — довольно ответил хозяин, расставляя на стол хрустальные чарки.

— А он не возражал? — хмыкнул бандеровец, невольно задержав взгляд на руках Демьяна. Они у него большие и широкие, как две совковые лопаты. Крохотные изящные чарки в его пальцах смотрелись совсем миниатюрно. Таким рукам больше подошла бы соха или кузнечный молот.

— Возражал… А только кто его послушает? Да и ни к чему ему это добро. Там, куда он ушел, оно точно не понадобится… А мне еще послужит. Я свое забрал! Сколько лет я на этих ляхов горбатился!

Выпили дружно горилки, закусили копченым салом, оказавшимся весьма аппетитным.