Запад в огне

Вплоть до расстрела! Я и так потерял из-за вас несколько часов!

Старший группы, внимательно посмотрев на задержанного, развернул помятую бумагу. Прочитав написанное, снова аккуратно свернул.

— Курека — человек заслуженный, у волостного старшины на особом счету… Ты мог эту бумагу забрать у него… Уже мертвого. Из какой ты сотни?

— А это важно? — усмехнулся Боян. Держался он уверенно, можно сказать, даже дерзко.

— Ты говоришь, что связной, а я — следователь… И моя обязанность проверять таких, как ты.

— Хорошо… Год назад я состоял в сотне Кошеля. А где нахожусь сейчас, сказать не могу.

— С Кошелем мы старые приятели, когда увидишь его, передай ему привет. Помню, девка с ним была такая видная, Анфисой ее звали. Фигуристая баба!

— Привет не передам, — буркнул связной. — Его еще в прошлом месяце убили. А бабы с ним никакой не было. Ты меня проверяешь, что ли?

— Ишь ты, — довольно проговорил кряжистый, возвращая документы. — Значит, ты — связной войскового атамана? Он что, все еще за Балкой живет?

Боян взял документ, положил его в нагрудный карман.

— Вот только на Балке он никогда не бывал. Если больше вопросов нет, тогда я пошел. Времени у меня нет, чтобы здесь с вами лясы по-пустому точить.

— Можешь идти, — разрешил кряжистый, — тебя здесь никто не держит. Степан, проводи нашего гостя до дороги. Глаза не забудь завязать покрепче.

Один из присутствующих взял со спинки стула полотенце и крепко завязал глаза Куреке.

— Вперед! — распахнул он дверь.

Глава 16. Взорвать склад с боеприпасами"

"Капитан Романцев, спрятавшись за кусты сирени, не без улыбки наблюдал за тем, как связного целый час водят по кругу. Стоявший рядом Игнатенко, напротив, был сосредоточен и хмур. Несколько раз, укрепляя «легенду», Бояна заставляли обходить воображаемые ямы, а когда тот изрядно натер сапоги, с головы сняли повязку и указали направление к дороге.

— Иди прямо на одинокую сосну, а оттуда спуск прямо к дороге, через небольшой лесок.

— Разберусь…

Боян не торопился уходить. Терпеливо подождал, когда сопровождающие скроются в чаще, а потом уверенно зашагал в противоположную сторону.

— Идем за ним, — повернувшись к Игнатенко, сказал Романцев.

Осторожно, стараясь не наступить на сухие ветки, зашагали за связником.

Тимофей шел на значительном отдалении: впереди мелькала только размазанная в ночи тень, порой терявшаяся в чернеющихся сгустках облаков. Потом силуэт вновь появлялся, выглядя почти черным на фоне бледнеющего горизонта.

Связной остановился лишь однажды, когда зашел в густой ельник. Сориентировавшись, направился в сторону грунтовой дороги, уводящей в Броды. Шли довольно долго.