Замуж по контракту

Раздаётся щелчок входной двери.

— Почти не опоздал, — произношу и поворачиваю к холлу. — Минутку.

Бестужев ставит дипломат на комод, поправляет прическу небрежным взмахом ладони и проходит крепкими пальцами по воротнику белой рубашки. Я любуюсь его красивыми жестами, в которых слышится эхо силы. А еще напряжения."

"— Переживаешь? — спрашиваю шепотом, подходя к комоду. — Переживать нормально, Влад, так что качать головой необязательно. Они кстати уже приехали, пока никто не подрался.

— Ключевое слово пока, — хмуро шутит Бестужев.

— Как дела в офисе?

— Более-менее, до сих пор разгребаем неприятности, которые устроил Самохин. Два контракта удалось вернуть.

— Отлично, — я встаю на носочки и целую его в щеку.

— Проверяешь, курил я или нет?

Черт, он тоже изучил меня до мелочей.

— Не курил, — я кривлю его, а ладонями провожу по пиджаку, который, к счастью, оказывается темно-зеленого цвета. — Я боялась, что ты будешь весь в чёрном.

— Как на панихиде?

— Вроде того.

Я в последний раз прохожу цепким взглядом по Бестужеву, проверяя его костюм и настрой, после чего легонько тяну его вперёд.

— Пойдём, гости ждут.

Влад берет меня под руку. Мы входим в гостиную вместе, которая тут же превращается в Гренландское море. Становится холодно, да так, что морозные иголки колют кожу.

Ох, просто не будет!

— Спасибо, что приехали, — Влад звучит по-деловому, как будто к нему пожаловали партнеры на переговоры. — Вы еще не ужинали?

— Нет, мы решили дождаться тебя.

Я подаю ему карту вина, а Павла и Адама приглашаю к столу жестом. Нам всем нужно расслабиться, и совместный ужин должен чертовски в этом помочь. Хорошее вино и вкусная еда творят чудеса, как известно.

Я слышу, как Влад подзывает официанта и дает последние распоряжения. После он тоже подходит к столу и галантно подвигает мой стул. Он садится за стол последним. Я вижу, что он по-прежнему напряжен. Хотя надо хорошо знать Бестужева, чтобы заметить его стресс. Он сдергивает кольцо с салфетки излишне резковатым жестом и дышит другими отрезками. Обычно дыхание Влада напоминает мягкий прибой, а тут рваные наплывы. То чаще, то реже, то вовсе прерывистая линия.

Я обхватываю его широкую ладонь под столом. Ох… У него не пальцы, а сталь. Я вдруг понимаю, что он не просто так заикнулся о драке, он бы с радостью приложился об челюсть Паши.

— Красивая квартира, — бросает Яскевич, который тоже неожиданно забывает свое саркастическое красноречие и спасается чисто светскими фразами.

Тоже нервничает?

Такое чувство, что все за столом понимают, как много на кону, и боятся всё испортить.

— Да, а ковры лучше всяких похвал, — отзывается Паша, и вот его голос выбивается из общей мелодии, в его интонации слышится и вызов, и оголенный нерв.