Хозяйка драконьего замка

Кто бы мог подумать, что боги так весело подшутят над кланом Тальф?

Милош открыл дверь, чтобы уйти, но я снова поймала его за рукав:

— Мне неважно, кто ты, — сказала с нажимом, удерживая его взгляд. — Ты второй человек, добровольно вставший на мою сторону, и я всегда буду это помнить. Поэтому давай будем друг для друга просто Милош и Эйвери. Договорились?

К моему удивлению, сердце замерло. Мнение Милоша оказалось мне важно. Я хотела получить его на свой сторону безоговорочно.

Его взгляд не смягчился, но стал другим.

— Хорошо, — сказал он просто. — Но при посторонних лучше соблюдать титульный этикет.

После бросил взгляд на бессознательного генерала и предложил:

— Хотите… Хочешь останусь здесь? Нахождение молодой вейры наедине с мужчиной осуждается обществом.

Обществом высокорожденных. А в нашем лагере я такая одна. Саму себя я, пожалуй, прощу.

— Не нужно. Иди выспись, завтра нам предстоит сложный день.

Проводила своих хмурых стражей, чувствуя странное умиление. Мы ведь и не знакомы толком, а они меня защищают. Просто так.

Забравшись в карету, обустроила себе противоположный угол, но взгляд, как намагниченный возвращался к Харрашу. Бугрящиеся мышцы, разворот плеч, перекрывший всю мою нехитрую постель, на удивление тонкий профиль для такой мощной фигуры. Черный атлас волос. Нахмуренные даже во сне брови. Ресницы, как у девы. Имя только подкачало — слишком грубое для такой изящной красоты. Было бы лучше называть его Раш или даже Аш.

Я и сама не заметила, как задремала, провалившись в короткий рваный сон, полный беготни, страха, диких плясок вокруг деревянных статуй. Проснулась я измученной и в дурном настроении, хотя новости из леса оказались по-настоящему отличные.

— Вейра Бельх, проедем! Как есть, проедем!

Ко мне со счастливым воплем бросился вчерашний мужик с топором, едва я выглянула из кареты. Вытирал соломенной шляпой красное от пота лицо и размахивал руками.

— Что происходит? — уточнила у Дарко.

Тот выглядел умиротворенным и почти счастливым. Кивнул в сторону:

— Смотрите сами, вейра Бельх.

За ночь лес преобразился. Заросли, разошлись, расступились и даже вековые корявые дубы отошли в сторону, словно имели ноги. Спутанная трава, по которой невозможно было пройти, чтобы не споткнуться, сияла мягкой шелковистой гладью. Ровно напротив повозок открывалась широкая ровная дорога, пусть и неявно выраженная.

Вокруг слышались счастливые возгласы и радостные крики детей, веселящихся на цветущей полянке. Даже умница Дарко бережно и безмятежно обнимал жену.

В висках болезненно застучало. Это не было чудом. Не было совпадением. Счастливые крики словно померкли, отдалились, выпуская на первый план реальность.

До этого момента я считала магию чем-то само собой разумеющимся.