Хозяйка драконьего замка

Фирре не может не понимать, что в Интересах Дареша избавиться от нее. Теперь, когда он достиг своей цели, та из сообщницы стала свидетелем его преступлений.

Я мысленно сделала в голове пометку, что надо допросить Фирре. Но не сейчас. Не сегодня. Дать ей время на осознание, помариновать. Пусть посидит в холодном мраке темницы и осознает, что никто не придет ее спасти. Пусть я буду ее единственным лучиком света, по которому можно выбраться на свободу.

Перевела взгляд на Дареша, который уже привстал с кресла и навис надо мной, сверля недобрым взглядом.

Вздохнув поглубже заставила себя успокоиться и сменить стратегию. Помниться на ифрите хорошо работал образ беззащитной и — будем честными — бесполезной лани, качество жизни которой зависит от мужских прихотей.

Взглянула на Дареша, добавив во взгляд тумана и мягкости. И покорности того сорта, от которого у мужчин с слабым иммунитетом напрочь отшибает мозги. Я уже успела заметить, что дракониры, претерпевавшие инфернальные капризы своих половинок, очень грустят по кротким девицам.

— А как же остальные генералы? — спросила беспомощно.

Наугад подвинула к Дарешу какой-то конфитюр и сложила ручки на коленях, как юная девственница. К моему удивлению, Дареш успокоился. Рыкнул еще для острастки, но сел обратно и конфитюр взял.

В голове промелькнула крамольная мысль, что Аш бы не купился. И брат его, император, тоже. Ни на фальшивую улыбку, ни на показное смирение, ни, тем более, на банку залежалого варенья. Да и что это вообще за императоры, которые за мешок сахару продадутся? Это же ненормально!

— Второй и четвертый генералы в тюрьме, где слабакам самое место, — удовлетворенно сообщил Дареш, когда сожрал варенье. — А Лиоль встал на мою сторону. Он всегда был умным драконом, всегда знал, кому солнце светит.

Я вспомнила золотоволосого генерала, который не дал убить меня императору, и нахмурилась. Он показался мне весьма сообразительным, но определенно надежным парнем. С другой стороны, мне и Дареш казался, да и все еще кажется тем еще болваном, однако он император, и мне действительно стоит быть с ним любезной, если я не хочу попасть на плаху.

Единственное в чем я уверена полностью, так это в том, что пора сбавить тон и поменьше нажимать на кольцо. Это колечко и мой отец носил, однако, оказался казнен, и родовая магия его не спасла.

Значит, родовую магию тоже можно обойти. Например, превосходящей силой.

Наступило молчание. Столь долгое, что в памяти всплыло одно из воспоминаний Эйвери.

Тощая бесцветная фигурка в слишком объемном ярком платье, прислуживающая Дарешу за столом, как простолюдинка-вея. И гробовое молчание между ними.