Хозяйка драконьего замка

От него разило смертью.

«Ифрит!» — паучок собрался в кольце черной молнией, словно готовясь к атаке, а я совершила первую ошибку.

Шагнула назад, стремясь увеличить расстояние между нами до пионерского. Дыхание застряло в горле. Видит бог, я не готова к серийным потрясениям. Всего полчаса назад я надула второго по влиятельности дракона империи, и по логике любого сюжета имела право на передышку!

«Ифриты не любят открытых пространств, воды, яркого света, прямых вопросов и непредсказуемых женщин, — терпеливо перечислял паучок голосом институтского лектора.

Ох. Ну спасибо, что сказал. Теперь я понимаю, почему ифрит такой довольный и никуда не торопится. Воды нет, света нет, в пространстве сплошь стены и ящики, девица молчит и боится.

— Я сразу понял, что драконы что-то прячут в доме, — ифрит шагнул вперед, и я автоматически отступила снова. — Раньше они были уверены в магической защите дома, а сегодня так и кружили. Таковы их повадки, дева. Не выпускать сокровище из поля зрения.

Его вкрадчивый голос полз змейкой по оголенным нервам.

— Будет чудесно подняться в клане с твоей помощью, трофей.

Грубая физическая сила всегда меня обезоруживала, давила, выталкивала из-под ног реальность. Делала… слабой.

— Но я обычная горничная, — попыталась увильнуть от участи трофея, но ифрит засмеялся все тем же тихим жутковатым смехом.

Он меня, словно не слышал, обшаривая взглядом пространство.

— Какая удача. Меня здесь и быть не должно, кабы не эти… Счастье найти человеческую красавицу, которая станет мне донором. Драконы брезгуют исконно-женской низовой магией, но поверь, ифриты умеют ее ценить.

По коже скользнул холодок. Этот незнакомец был сильнее меня и находился в выгодной позиции, и, что хуже, видел мою темную магию.

— Ифриты видят черную магию? — хотела спросить паучка, но от шока произнесла вопрос вслух.

— Я особенный… горничная.

Ифрит снова рассмеялся. Было очевидно, что он не верит ни одному моему слову. Он уже протянул руку, чтобы схватить меня, как вдруг с шипением отпрыгнул.

— Не двигайся, госпожа, — сказал знакомый голос.

Следующие несколько минут дали мне ощутить свое физическое несовершенство сполна. По комнате со скоростью болида метался ифрит, а следом за ним, запаздывая на йоктосекунду, шла алая продольная вспышка.

Едва я поворачивалась в одну сторону, как ифрит оказывался с другой, а едва собиралась отвернуться, оказывался прямо перед глазами, и так до бесконечности, пока у меня не начала болеть голова. Взгляд едва успевал фиксировать скачки и слабое шипение вспышек, идущих друг за другом.

Легче стало, когда в центре комнаты, загородив меня от серийных атак, встал первый генерал. Аш практически не двигался, только из-под ресниц горел золотом цепкий взгляд.