Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

— Буду трахать свою собственность, пока не устану, — прошептал он, касаясь ее губ при каждом звуке.

Одеяло полетело в сторону. Его сорочка, брюки, белье — все оказалось на полу почти мгновенно.

— Не называй меня собственностью, — попросила Беатрис.

— Но это так и есть, — возразил он, наслаждаясь нежностью ее кожи.

— Тогда я буду звать тебя хозяином, — издевательски выдохнула она, замечая, как скрипнул, проминаясь под его весом высокий матрас.

— Беатрис, в следующий раз я заткну тебе рот кляпом, а пока придется целовать, чтобы не слышать этого слова, которое ты даже закованная в цепи умудряешься делать унизительным и жалящим.

Он взял ее за подбородок и слился с ее губами своими. Язык проник в рот, заглушая звуки и совершая движения, от которых Беатрис издала тихий стон, расплываясь под его телом.

— Ноги раздвинешь или мне сделать это силой? — спросил он с трудом отрываясь от нее.

Беатрис молчала, отвечая лишь огромными, поплывшими от страсти глазами. Это был призыв к действию. Такое выражение лица было и в тот раз, когда он впервые связал ее по рукам и ногам и требовал подчинения. Было сложно покориться, сложно переломить себя, сказать что-то вслух. И тогда, и сейчас девушка хотела, чтобы он действовал несмотря ни на что.

— Еще раз приказываю, — рыкнул он, с наслаждением отмечая, что она не подчиняется.

Это было прекрасно, знать, что ее воля принадлежит ей. А теперь и желание — если она хочет его, то не из-за действия зелья. Стоило проверить. Эритар взял ее пальцами за сосок, отмечая, каким твердым он становится от прикосновения. Рука мягко легла на живот, устремляясь к узкой полосе темных волос. Палец легко скользнул между сомкнутых бедер. Жарко, влажно, нежно.

— Если ты не хочешь, то я отпущу, — тихий шепот коснулся мочки ее уха.

— Не отпускай, — чуть слышно выдохнула она.

В плену страсти 1

Глаза девушки распахнулись, вспыхивая. Стон был протяжным и глухим. Улавливая торжество в лице мужчины, Беатрис отвернулась вбок и закончила свой сладкий вскрик печальным всхлипом мученицы. Тар воспользовался этим, чтобы продолжить игру. Зажав ее подбородок, ладонь с силой заставила вернуться в прежнее положение.

— Твой взгляд скажет мне, что ты чувствуешь. Он не позволит лгать и изворачиваться, — шепнул мужчина, раздвигая ее ноги.

— Тар, прошу тебя, — Беатрис раскрылась раньше, чем его колено не оставило ей выбора.

— Что же ты хочешь? — его тело накрыло пленницу. — Неужели попросишь пощады, пока мы даже не начали?

— А ты пощадишь? — слабым голосом спросила она.

— Нет!

Головка его члена раздвинула влажные складки ее нежной плоти.

Беатрис часто задышала и дернула руками — неудавшаяся попытка обнять его или оттолкнуть.