За руку с ветром

Она подошла ко мне, в упор глядя сверху вниз своими большими голубыми глазами мне в лицо, словно изучая.

– Я никогда тебя не понимала, – сказала она мне, наконец, и села рядом, скрестив ноги.

– Отлично. Я тебя тоже, правильная девочка, – сердито отозвалась я.

– Не сердись, – мягко произнесла Оля. – Я говорю тебе правду. И теперь просто выслушай меня, раз у тебя так мало времени.

Я хмуро кивнула.

– Хорошо. – Она, помедлив, стала рассматривать светло-бирюзовые аккуратно подпиленные ногти, а после неспешно начала. – Я никогда не понимала всех этих веселых, беззаботных, шумных доброжелательных с виду людей. Я была уверена, что они просто-напросто притворяются, а в душе они не такие добренькие. Я не понимала громких, ярких и смешливых ребят, ведущих себя, словно дети. Это казалось таким глупым, отталкивающим. Я считала с полной уверенностью, что вести себя нужно так, как этого требует возраст и общество. И никак иначе. Мне не нравились шумные компании, эти бурные приветствия в университете, никчемные поздравления друг друга с днями рождения. Некоторые выходки я считала откровенно дурацкими. А все это студенческое общение – потерей времени. В общем, я недолюбливала таких, как ты. Таких, как Дима. Ты ведь знаешь о нас? – она больше не спрашивала, она скорее утверждала.

Я вновь кивнула. Знаю."

"– Но… как бы не было это удивительно, ты оказалась не такой уж и плохой, Маша, – продолжала она. – Наверное, мы бы никогда не подружились, но обстоятельства вынудили меня присмотреться к тебе. И в тебе я нашла много всего хорошего. Серьезно. И да, ты была права, – она позволила себе сдержанную улыбку, – я целенаправленно копировала тебя. Но не из-за Смерча. Из-за другого человека. Ты ведь знаешь про Никиту? – вновь спросила она. Она говорила так, словно Кларский был для нее совершенно чужим человеком.

– Да, – вымолвила я, и подробностей девушка спрашивать не стала.

– Не хочу тебя обижать, Маша, но я стала копировать тебя, потому что ты – моя полная противоположность. Я надеялась, что, став тобой, смогу избавиться от него, но… – Она нервно убрала с лица длинную светлую прядь. – Не вышло. Я совсем отчаялась и хотела, чтобы Ник прекратил думать, что я ангел. И чтобы он оставил меня в покое. Сам, не виня меня. Маша, Никита, и правда, страшный человек. Со своим братом он не сравниться, конечно, но… Ты же слышала об Андрее Марте? – я кивнула. – Слышала. Пару лет назад он вышел из тюрьмы и теперь возглавляет банду Пристанских. О них ты тоже слышала. Март – чудовище. А Никита… не такой, конечно, но все равно жесткий мальчик. Очень жесткий и очень сильный. И властный. Не такой, каким мы видим его в университете. Я не знаю, чем я так привлекла его и почему он уверен, что наша встреча – это судьба.