За руку с ветром

– Все разбираем печенье! – скомандовала одна из Настиных подруг, протягивая непрозрачный синий пакетик, в котором лежали угощения с записками, сложенными трубочкой, внутри. – Разбираем-разбираем, не стесняемся!

Девчонки наперебой стали запихивать руки в пакет, и я тоже не стала исключением. Пока Настя бегала в комнату Эля, чтобы и он поучаствовал в шуточном гадании, я засунула в рот небольшое слоенное сухое печенье и стала разворачивать свое предсказание.

«Пришло время перебороть страхи и защитить самое дорогое!» – гласила записка. Я разочарованно выдохнула – думала, что попадется что-то более конкретное и позитивное.

– Ой, мне спрогнозировали скорое рождение ребенка, – захихикала Настя, читая свое предсказание.

– Зачем тебе два ребенка? – спросила я тут же. – Подожди, когда Федька вырастет!

Не знаю почему, но эти слова развеселили девчонок, и они стали наперебой рассказывать о своих молодых людях, которые, как оказалось, постоянно ведут себя как дети. Кто-то зависает с компьютерными играми, забыв обо всем на свете, кто-то во всем до сих пор слушается маму, а кто-то, как сказала одна из подруг Насти, «себя сам обслужить не в состоянии, даже поесть в холодильнике найти не может» Все это услышал Эль и, как единственный представитель сильного пола в этой квартире, выполз из своей норы, дабы доказать, что мужчины – вовсе не дети, это женщины все странные. В результате его коллективно избили подушками, заставили что-то выпить и требовали истории из Настиного детства.

А потом, уже поздно вечером, когда за окнами стало темно, мне позвонила Ольга Князева. Трель телефона я услышала совершенно случайно. Оказалось, Тролль звонила мне уже давным-давно, но из-за громкой музыки и воплей девчонок, я ничего не слышала.

Звонок Ольги меня не то чтобы удивил – он меня шокировал и даже напугал. И сразу же захотелось, закричав, спросить у нее – что с Дэном? Почему он мне ничего не сказал? Зачем ты уезжала вместе с ним? Что связывает его и твою сестру? Но я с огромным трудом себя сдержала.

Хорошо, что ее телефон я не поставила в черный список игнорируемых.

– Маша, ты? Узнала? – без приветствий, отрывисто спросила меня Оля."

"– Узнала. Что хотела? – тихо проговорила я. Она продолжала не нравиться мне, но после того, что я услышала о Князевой – другой Князевой – от Димки, мне стало жаль ее, а еще и стыдно: за то, что я сделала ее несчастной.

– Прости, если побеспокоила. – В ее тоне не было и намека на извинение. Он был достаточно резким. – Но мне нужно с тобой кое о чем поговорить.

– О чем? – мой голос был непривычно холоден.

– Это не телефонный разговор.

– Да ну?

– Я бы позвонила тебе раньше. Но я обо всем узнала только сегодня. – Так же отрывисто говорила девушка и вдруг сердито заявила: – Не делай глупостей.