Развод. Расплата за обман (СИ)

Обессилено накрываю лицо рукой, и не слышу, не замечаю, как рядом оказывается Марк.

— Ты вся горишь, Мира, — в его голосе так много заботы и беспокойства, искреннего, что мне хочется как ребенку, забраться на ручки и впитать всю эту нежность. Я устала быть сильной, устала. Я этот путь не выбирала, я его не хочу.

— Кажется, у меня мастит, — шепчу и прижимаю лоб к его холодной ладони, — помоги мне, Марк.

Она такая горячая, моя жена.

В буквальном смысле.

А еще беспомощная, и просьба ее — как признание. Понимаю, что вынужденное, что обстоятельства так сложились, но в глубине не души не могу не радоваться, что она обратилась за помощью ко мне. Подпустила так близко, позволяя взять, наконец, ответственность на себя.

Только эта радость не отменяет волнение, я вижу состояние Миры.

Она горит вся, а грудь в распахнутом халате покрасневшая, со следами от лепестков молокоотсоса. Осторожно касаюсь воспаленной кожи и жена вздрагивает, покрываясь мурашками.

В моем жесте нет ничего интимного, я искренне хочу облегчить состояние своей любимой женщины. Сегодня непростой день выдался, да и вообще, с момента, когда мы узнали о пороке сердца, было ли хоть что-то в нашей жизни «просто?»

— Больно, — жалуется Мира, и взгляд ее настолько затуманен, что я не понимаю, видит ли она вообще меня или нет.

— Пойдем в кровать, там удобнее, — я помогаю ей встать с жестокого кухонного стула, и видя, как она неуверенно бредет вслед за мной, подхватываю жену на руки.

Она все такая же легкая, и от этой нечаянной близости все внутри переворачивается. Как давно мне хотелось прижать ее к себе, чувствовать так близко кожа к коже, вдыхать ее запах — родной, любимый. Так пахнет моя женщина, шампунем, собою и чуть-чуть грудным молоком.

Она хнычет, касаясь моего тела разгоряченной каменной грудью, и я вытягиваю руки, чтобы облегчить ее состояние.

— Сейчас, детка, потерпи. Я помогу тебе.

Я не думаю о том, что понятия не имею о мастите, что делать с ним и чем он чреват. Но что ситуация серьезная — ясно, как божий день.

Кладу жену на кровать, ее голова запрокинута, а веки трепещут. Света ночника хватает, чтобы окинуть взглядом комнату и убедиться, что Коля пока еще крепко спит и просыпаться не планирует.

— Я оставлю тебя на пять минут и вернусь, — обещаю жене и отправляюсь за телефоном, звонить консультанту. С недавних пор моя записная книжка пополнилась врачами и специалистами всех мастей, и я готов щедро оплачивать их услуги — особенно, когда звоню среди ночи.

Но до утра такой вопрос не терпит.

Краткой консультации становится достаточно, чтобы понять: дело серьезное. И чем быстрее я помогу жене, тем лучше.