Выжженая земля. Тетралогия

Причём, не порохом, а кое-чем существенно похуже…

Так что, когда подохло радио, мои чувства прямо-таки взвыли от напряжения.

Однако искать встречи с кумом не пришлось. Он и сам меня поймал.

В тот день нас припахали на переноску мебели. По слухам, ожидалось уплотнение зоны, часть заключённых уже куда-то вывезли. Теперь в срочном порядке освобождали кабинеты. Туда, опять-таки по слухам, должны были вскоре заехать новые сотрудники. Вот и перетаскивали наши начальники мебель в другие помещения.

Тащим по коридору шкаф и прямиком натыкаемся на кума. Он как раз выходил из кабинета.

— А… Рыжов, — кивает он, — вот и славно. Ты же у нас по металлу работать можешь?

— Могу, гражданин начальник.

— Бросай на фиг эту деревяшку, другие дотащат. У меня замок в столе забарахлил, займись.

— Инструментов нет.

— Чего там тебе нужно? Отвертку, молоток да плоскогубцы? У меня в кабинете автомобильный набор лежит, там всё есть.

Заходим в кабинет. Дверь он не закрывает, и все проходящие по коридору могут видеть меня, присевшего на корточки перед столом.

Замок оказался вполне исправным, и хорошо работал. Не успеваю я раскрыть рот, как кум меня опережает.

— Сиди тихо, Рыжов. Слушай сюда. То, что ты неспроста тут сидишь, я знаю. Как и то, что о твоем поведении и контактах положено сообщать ежемесячно. Причем, заметь, в два разных адреса! Один — насквозь официальный, ну, да ты и сам, небось, его знаешь. А вот второй… тут вроде бы неофициально попросили, человек-то на службе уже и не состоит. Да вот отказывать ему… как-то неправильно было бы. Там сказали, в случае чего намекнуть тебе, что привет Степаныч передаёт, ты поймешь. Так?

— Да. Есть такой человек.

— Добро. Здесь вскорости всё плохо будет. Не спрашивай меня, сам ничего тебе не скажу. Просто не знаю. Короче, пора тебе ноги делать. Отпустить тебя официально не могу. И права такого у меня нет, да и не факт, что от официалов один я за тобой смотреть должен.

— Что ж теперь — бежать?

— Правильно мыслишь. Под столом бумажка лежит. Там описание тайника. Сможешь пару-тройку человек с собою сманить?

— Зачем?

— Один уйдёшь, все прочие что-то заподозрят. Да и мне выгодно, чтобы побег групповой был. Я тогда режим чуток поприжму, как раз повод будет. Только с собою бери тех, на ком кровищи не так много есть. Из бытовиков кого посмотри.

— Стрелять по нам будут?

— Не буду врать — будут. Приказать в тебя не попадать, извини, тоже не могу. Но выучка есть — уйдёшь.

— А те, кто со мною?

— Тут уж, как повезёт. Обещать ничего не могу. Зато, все будет как взаправду, никто ничего не заподозрит.

— Сколько у меня времени?

— Сутки.

— Немного… как сообщить о готовности?

— Ты верующий?

— Ну… есть малость.

— Утром мимо ворот пройдешь, на икону перекрестись.