Выпускной. В плену боли (СИ)

Я сглатываю слюну и тяну руку, приподнимаю подол, чтобы посмотреть, есть ли еще пятна, а может быть еще сочится кровь?

Тут же получаю по руке ладошкой.

— Руки свои держи при себе! Мне одного извращенца хватает, — выдергивает она из-под меня одеяло, накрывается. Через несколько минут я слышу лишь ее спокойное дыхание. Вскоре засыпаю сам, плавая в странной дреме теней и света. Вспоминается почему — то наркоз после того как меня в больницу забрали с аппендиксом. Кажется, что меня снова везут на каталке, снова перед глазами мелькают белые лампы.

Открываю глаза резко, от пронзительного крика.

— Мои волосы! Господи, мои волосы!

Подрываюсь и вижу, как повсюду валяются волосы Аси, белые пряди, которые снегом падают с ее головы, оставляя лишь плохо обрезанное каре.

— Демьян! Он обрезал мои волосы! Ты видел кого – то? Как он сюда зашел?! — она падает на колени, ревет, собирая кучку светлых, спутанных волос. – Демьян, я же их всю жизнь растила! Мои волосы!

Сползаю с кровати, сажусь рядом, глажу по голове…

— Я же тебя предупреждал, Ась. В этой ситуации, лучше слушаться и действовать сообща.

— Это ты… — поднимает она заплаканное лицо, смотрит дико, с отчаянной ненавистью. – Это ты сделал? Ты обрезал их!

— Нет, не неси хуйню! Нахрена мне это делать?!

— Это ты! Чтобы согласилась, чтобы легла под тебя, стала твоей шлюхой! – бьет меня. Раз, другой, обжигает щеку. – Ты это сделал! Ты, ты, ты! Мои волосы…Мои волосы… Как он мог… Как…

Обнимаю дрожащее тело, она все еще содрогается в рыданиях, периодически нанося мне удары по груди и лицу.

— Это же мои волосы…

— А мог быть палец… Волосы отрастут… Ась, — хватаю лицо, обнимаю пальцами. – Мы обязаны слушаться, сейчас мы должны просто выжить, вместе.

— Вместе? — мотает головой. – Я не смогу, я не умею так, я не смогу…

— Забудь про все, забудь про то где мы, просто чувствуй, чувствуй меня, смотри на меня….

— Ненавижу вас все, тебя, — истерика возвращается. Ася лупит меня сильнее, причиняет боль, но я просто заворачиваю ей руку, прикусываю пульсирующую вену на шее…

— Я сам все сделаю… Ася, я с ума от тебя схожу.

— От запаха, от вкуса кожи… Забудь про все, представь, что мы одни, в лесу… На том месте, где я забирал тебя…

— Да, ты не представляешь, как часто я фантазировал, как валю тебя на траву, как целую.

— Целуешь? — облизывает губы, поворачивает лицо, сдается с горящими в темноте глазами. А я подчиняюсь себе, накрываю мягкий рот, ощущая соль и сладость, что, смешиваясь создают на языке взрыв терпкого безумия. Одного на двоих.

Она не двигается. Просто замирает, пока я усиливаю давление, позорно умоляю себя впустить.

Еще никогда я так не вымаливал поцелуй, еще никогда я так не хотел, чтобы он случился. Вот прямо сейчас, тут, с ней.