Выдержка

— Может быть, он сделает и мой портфолио?

— Мама! Ты хочешь приехать к нам в студию?! Да ты знаешь, что это за место?!

Мать с отцом переглянулись. Я и не думал, что есть такая профессия: «светская львица». Оказалось, есть. Работа эта такая трудная, что им, светским львицам, надо молоко за вредность давать. Моя мать, к примеру, всегда занята. Она не появляется на публике дважды в одном туалете либо строго это дозирует. Если среди приглашенных ее видели в этом наряде двое-трое, в крайнем случае пятеро, то можно. Но после второго банкета или приема наряд можно списывать. В нашем особняке есть отдельная комната, где хранится только женская обувь. Мамин день расписан по минутам. Утро она начинает в бассейне, продолжает в салоне красоты, а заканчивает на светском рауте. Ее везде хотят видеть, и она всегда неотразима. Первое следует из второго. Она — законодательница мод, дама с безупречным вкусом. Я представил, как она приходит к нам в студию, потом позирует Сгорбышу под шушуканье «задника», и содрогнулся.

— Но можно ведь вызвать его сюда? — спросил отец. — Приезжает же к нам мастер маникюра и массажист.

— И парикмахер, который стрижет собачек, — кисло добавил я. — Но SPA-процедуры мама проходит в местах, для этого отведенных.

— У них специальная аппаратура, — улыбнулась мама.

— У фотографа тоже аппаратура. Если ты хочешь студийные снимки, то делаются они не дома.

— Мы создадим ему все необходимые условия, — заверил отец. Он безумно любит мою мать и во всем ей потакает.

— Зачем тебе эти фотографии? — спросил я у матери.

— У меня скоро юбилей, — улыбнулась она. Видимо, знаменитую улыбку я унаследовал от нее. Она тоже не умеет плакать, когда ей больно.

— Не скоро. Тебе только-только исполнилось сорок девять.

— Осталось меньше года. Я давно уже не видела таких хороших снимков.

В этот момент отец встал и отошел к окну. Потом извинился и удалился в другую комнату. Дела его надолго не отпускали.

— Мама, есть один тонкий момент. — Ей я мог открыться.

Сынок! Я невольно вздрогнул. Ну, как ей объяснить?

— Этот человек — мой напарник. Но он не знает, кто я. Он не знает, что мои родители богатые люди, и я могу вообще не работать. Мы с ним так здорово ладим, потому что он думает обо мне, как о равном. Я не хочу, чтобы ты все испортила. Я дам тебе номер его телефона, если ты не скажешь, что я твой сын. Ты просто заказчица. Богатая клиентка с Рублевки. Но ко мне это не имеет никакого отношения.

— Хорошо, — улыбнулась мать и потрепала меня по волосам. — Я сохраню твою тайну. А папе мы вообще ничего не скажем. Он предоставляет мне полную свободу действий. У него своя работа, у меня своя. Снимки чудесные. Их можно разместить в глянцевых журналах. К тому же я щедро ему заплачу.