Адептка второго плана

Зачем молодой и в принципе здоровой девушке столь сильнодействующее? Хотя… стоп, откуда вообще Дир догадался, что это? На этикетке ведь только название «Эликсир Сороса». Даже без указания, на что тот действует!

Если только… один магистр вчера в библиотеке не поднял с пола мою бумажку с названием.

– Точно твое? – меж тем вкрадчиво уточнил Дир.

– Уже ваше, – поджав губы с досадой, отозвалась я, перейдя на официальный тон.

Тот магу явно не понравился, но он смолчал и, запихнув склянку в карман брюк, молча натянул на себя рубашку и мундир, а потом вздумал подняться. Я, несмотря на досаду, поспешила ему помочь.

Нидоуз хотел было отмахнуться, но я фыркнула:

– Еще чего! Я потом всем буду говорить, что протянула самому лорду Нидоузу руку помощи и помогла встать на ноги…

– Адептка Бросвир, вы пользуетесь моим положением, – в тон отозвался инистый.

– Еще как! – не стала отрицать и закинула руку инистого себе на плечо со словами: – А еще я намерена проводить одного мужчину до его дома.

– Ким! – не выдержало такого официоза раненое (не только в бок, но и, похоже, в мужскую гордость) лордейшество.

– Что – Ким? Если помогать – то до конца.

– Чтоб никто не смог уйти безнаказанным от твоей добродетели? – иронично уточнил Дир.

– Ну хотя бы ухромать или уползти… – поддакнула я.

Так мы и добрались до края площади. А оттуда – и на улицу, где спустя какое-то время все же удалось поймать извозчика. И тут случилось оно. Противоречие.

Потому как Дир отчаянно протестовал против такого попрания этикета: чтобы девушка провожала мужчину до дома. Я же ярилась от пренебрежения здравым смыслом во имя мужской гордости. Вдруг в дороге откроется рана?!

Вильда, не иначе для соблюдения нейтралитета, тихо-тихо ворчала о том, что об лбы некоторых только камни разбивать. И вообще, девице стоять на своем неудобно и больно. Я бабулю не слушала и по итогу победила, ввинтившись в пролетный экипаж сразу же за инистым.

Дир, который, видимо, все же надеялся удра… уехать в гордом одиночестве, увидев меня сидящей напротив в карете, вздохнул. Похоже, смирился, что просто не будет. Но он сам виноват. Не нужно было портить мое самоубийство. Пусть то я даже и не замышляла.

В ответ я растянула губы в улыбке. Правда, та была скорее не от радости, а следствием отработанного навыка умело игнорировать творящийся вокруг капец.

– Ты всегда гнешь свою линию? – не выдержав такого энтузиазма с моей стороны, поинтересовался Дир.

– Ну, это неплохой способ вправить мозги некоторым… – пожала я плечами, как ни в чем не бывало, и выглянула в окно.

Адрес, который назвал извозчику до этого инистый, мне ни о чем не говорил, так что с интересом рассматривала улицы, прикидывая, как придется добираться обратно.