Вторая

Миша сам прервал поцелуй, не отходя назад ни на шаг, находясь от меня всё также близко, но руками он уже меня не трогает.

— Я надеюсь, ты передумаешь через какое-то время, — а если нет, что он сделает?

Молча подняла глаза и столкнулась с его взглядом. Смятенным, разочарованным и напряжённым.

Миша поднял руку и медленно, очень нежно провёл пальцем по овалу лица.

— Ты чего-то ждёшь от меня? Какой-то конкретной реакции? Что мне сделать, чтобы ты успокоилась?

— Просто уйди.

— Ты ведь знаешь, что я вернусь, да? — он нежно ласкает меня взглядом и продолжает, понизив голос до шёпота. — Знааааешь...

Его поведение кардинально изменилось. Привычная жёсткость и высокомерие куда-то резко испарились. На секунду даже показалось, что передо мной тот самый человек, которого я встретила шесть лет назад. Который стал мне невероятно близок. Которому мне противно причинять боль. Но с которым нам лучше не иметь ничего общего.

— Ждать тебя здесь никто не будет. Ты можешь вернуться, но кроме пустоты, холода и равнодушия больше ты ничего здесь не найдёшь."

"В какой-то момент его официальная семья, другая жизнь, наши встречи по расписанию и пренебрежение моим личным временем, эгоизм, грубость и нежелание прислушиваться ко мне отошли на второй план. А вместо них вспомнились бесконечная забота, нежность, участие, моменты интимной близости, когда нам обоим это было нужно… Но пути назад больше нет. Для себя я всё решила. И у меня остаётся лишь одна стратегия поведения, наиболее действенная, у которой ещё есть хоть какой-то шанс пробить его несокрушимую мощь, нерушимость и стену упрямства.

— Ты настолько мною пресытилась?

— По горло, Миш. По самое не хочу.

От своих резких и грубых слов на душе стало совсем тошно. Я знаю, ему неприятно это слышать, если не сказать больше. Но я должна. По-другому ничего не получится.

— Я позвоню тебе вечером. Надеюсь, рука не переломится ответить.

— Я не отвечу, Миш.

Он порывисто отвернулся, со стуком ударив ладонью стену. Не знаю, что происходит у него внутри. Возможно, он сдерживает негативные эмоции, понимая, что крики и очередной взрыв ярости ни к чему не приведут, а возможно, гасит в себе желание снова применить грубую силу, если не ударить... Я уже не знаю, чего от него ожидать.

Вдруг мужчина резко развернулся и схватил меня за подбородок. Но я даже не шелохнулась. И я выдержу всё, через что он захочет меня провести.

— Должно же быть ещё что-то! Какая-то причина! Не может всё просто опостылеть вот так в один миг! Я ведь предлагал тебе разные варианты! Полноценную семью — нет, но много чего другого — пожалуйста, только скажи! Но ты всё отвергала! Саша! Шесть лет тебя ведь что-то держало рядом! Для меня всё, что сейчас происходит, просто глупый и абсолютно нелогичный женский срыв.