Вторая

Неужели ты думаешь, что я просто так сквозь пальцы буду смотреть на твои «надоело» и «не хочу больше»?

— Это твоё личное дело. Смотри как хочешь, если отказываешься прислушаться.

Но его следующий резкий вопрос заставил меня боязливо вздрогнуть.

— Кто он? — надеюсь, мой взгляд остался таким же твёрдым и уверенным, как и секунду назад.

И снова я не знаю, что делать. В очередной раз подтвердить, что наши отношения не могут длиться вечно, или поступить проще: беспечно согласиться и сказать, что все мои мысли отныне занимает другой человек, и нет разницы, что это снова неправда. Но тогда это будет…

— Как ты не хочешь понять. Дело не в ком-то. Дело в нас.

— Если ты думаешь, что я, умыв руки, на блюдечке преподнесу тебя другому мужику, то я тебя жёстко разочарую. Этого не будет.

— Почему ты просто не хочешь меня отпустить и дать возможность испытать всё то, что испытал сам: верность, преданность, домашний уют и тепло. Почему ты даже не хочешь слышать о том, что у меня может быть своя собственная семья, где мужчина будет любить меня по-настоящему и детский смех будет раздаваться на каждом углу, а слушать его мы будем вместе? Или ты считаешь, что я этого недостойна, а мой удел — секс по расписанию, когда ты согласишься выделить для меня время, и одинокие ночи?

Он обходит меня сбоку, медленно ведёт костяшками пальцев вдоль подбородка, а потом ниже, не касаясь груди, плавно спускается вниз от талии до бедра и при всём этом увлечённо шепчет мне на ухо то, что я меньше всего сейчас хочу услышать, а его горячее дыхание заставляет моё тело предательски отзываться на мужскую близость. Да. После всей его грубости.

— А я всегда соглашался найти для тебя время и находил. Я знаю каждый изгиб твоего тела, я помню твой запах, как темнеют твои глаза в минуты страсти, — хочется оттолкнуть мужчину, откинуть подальше от себя его руку и самой отодвинуться, но я точно уверена: за любым моим резким движением последует неминуемый взрыв, противостоять которому я точно не смогу, потому что Миша намного сильнее меня и, как выяснилось вчера, не постесняется этим воспользоваться. — У меня в ушах до сих пор звучат твои стоны, когда мы были вместе в последний раз, жаль, что это было уже целую вечность назад. Но я помню, как ты всегда дрожала в моих объятиях, какая ты отзывчивая и податливая. Девочка моя... Я не собираюсь всего этого забывать, как бы тебе ни хотелось другого.

В отчаянии я прикрываю глаза. Сколько ещё таких вот моментов мне предстоит? Что должно произойти, чтобы он сам от меня отвернулся? И самое главное, любая вспышка моей несдержанности тоже ни к чему не приведёт, лишь даст ему возможность снова применить силу, и я уже не уверена, что во второй раз он сможет вовремя остановиться.