Вторая жизнь

У нас в доме текла холодная вода на общей кухне, и мы считались богачами, – рассказывал Рома.

– И как вы переехали?

– Ну там такая история давняя и длинная – коммуналки расселять начали, но первым делом жилье давали тем, у кого совсем старые дома были. В четырехэтажках квартиры выделяли вместо комнаты. А многодетным так вообще хоромы – двухкомнатные. Первыми получили те, кто в начале улицы жил. Остальные к ним в гости на экскурсии ходили. И ждали своей очереди. Обещали следующий дом расселить к Новому году, потом к весне, да все никак.

И вдруг в соседнем доме пожар случился. Дом же деревянный, сгорел, как спичка, пожарные даже почесаться не успели. Тушили своими силами – боялись, что на соседний дом огонь перекинется. Никто не пострадал – все успели выбежать, некоторые жильцы даже вещи прихватили. Но погорельцев все жалели, соседи приютили. Начальство, естественно, приехало, и погорельцам быстренько новые квартиры выделили. Уж как им завидовали тогда… Сначала жалели, а потом чуть ли не ненавидеть начали. Конечно, пошли слухи, что кто-то из мужиков специально дом спалил, чтобы, так сказать, процесс переезда ускорить. И вот ведь счастливое совпадение – все жильцы, получалось, к пожару-то готовы были. Вещи крупные не вытащили, а все важное собрать успели – документы, деньги. По всему получалось, что знали они про пожар заранее. Соседи, конечно, кости изрядно погорельцам перемыли, но дальше ничего не пошло, даже разбираться толком не стали – проводка старая, лампочки на обугленных проводах у всех болтались.

Ну и недели не прошло, как еще один дом сгорел. Опять та же картина маслом – все живы-здоровы, погорельцам – новые квартиры.

– Только не говори, что потом сгорел ваш дом, – догадалась Лиза.

– Да, так и было. Мама подожгла, – хмыкнул Рома. – Она отца просила, но он отказался. Наотрез. Он очень честный был, патологически честный. Мама тогда условие поставила – или он устраивает поджог и обеспечивает нам новое жилье, или уходит. Папа ушел. Я его больше не видел. Мама очень жесткая бывает, холодная. Папа для нее умер. Она мне тоже сказала, что отец умер. Я, только когда вырос, узнал, что он еще лет десять после этого прожил.

– И вам дали квартиру?

– Нет, сначала расследование было. Три пожара с разницей в неделю – это все-таки подозрительно. Все жильцы знали, что мама дом подожгла, но молчали. Да и что там выяснять – на все один ответ. Дома-то было проще снести, чем ремонтировать. Доказывай, хоть обдоказывайся, без толку. Все дома были признаны аварийными.

Нам, считай, повезло – дали квартиры. А после нас – еще один пожар случился. Только жилье закончилось. Новые дома не строили. Людей расселили по другим общежитиям, так они там и остались.