Встречный бой штрафников

Разговаривая с ним, Шура старалась не смотреть ему в глаза.

Он был другим немцем. Не кричал, не топал ногами. Напротив, она чувствовала, что он хотел разговаривать с нею как с равной. Ведь он всего на четыре года старше ее. Они могли учиться в одной школе, и тогда он для нее был бы всего лишь старшеклассником. Но она знала и другое: она здесь в неволе, в работницах, ее насильно разлучили с семьей, везли сюда, как скотину, а потом выставили на бирже, как рабыню. Она знала, что думают о русских немцы. Доброе отношение фрау Бальк и ее сына тоже может измениться в одно мгновение, если она допустит какую-либо оплошность. Поэтому лучше вести себя так, как предписывалось.

– А почему ты прячешь глаза? Когда ты разговариваешь, разве тебе не хочется посмотреть в глаза собеседнику?

– Хочется, – кивнула она, но глаз не подняла.

– Так в чем же дело?

– Нам так приказано.

– Какая нелепость!

– Если мы нарушим это правило, то будем жестоко наказаны.

Он что-то сказал скороговоркой. Что именно, Шура не поняла. Возможно, какое-нибудь ругательство на местном наречии.

Перед уездом Арним Бальк, видимо, сам читал «Трех мушкетеров». Рассматривая иллюстрации и невольно сравнивая их с рисунками из русского издания, Шура нашла заложенную между страниц закладку. Это был театральный билет городского театра на спектакль «Фауст» Гете. Почему он хотел, чтобы и она прочитала эту книгу?

Иллюстрации немецкого издания несколько отличались от тех, которые она помнила по книге, которую брала в школьной библиотеке. Фигуры и лица мушкетеров и дам в русской книге были более утонченными, а позы более изящными. Здесь же и д’Артаньян, и его верные товарищи, и госпожа Бонасье выглядели как-то слишком обыденно и даже грубо. Должно быть, это различие можно было объяснить той разницей, с которой русские и немцы воспринимали французов и их общую историю. Немцы и французы часто воевали. И в этой войне, которая теперь перекинулась и на Россию, и на Африку, и на Тихий океан, немцы больше всего гордились быстрой победой над французской армией. В истории России тоже была война с Францией. Поход Наполеона, сожжение Москвы. Но такой ненависти к французам не осталось."

"Многие французы из числа военнопленных работали на заводах и в различных мастерских Баденвейлера. Даже в санатории на термальных источниках, куда прежде имели допуск только немцы, работала теперь группа французских военнопленных. Выглядели они значительно лучше, чем русские, которых немцы держали в другом бараке, на краю города, у реки, где всегда дули ветра и было холодно, сыро. Барак не был приспособлен для проживания в нем зимой, не имел печей. Как там теперь, в декабрьские холода, выживали военнопленные, Шура не представляла.