Встреча с Вождем

Всем, касающимся организации поездок, ведал лейтенант Патрушев, договаривающийся относительно подходящих поездов и решавший текущие вопросы с линейными отделами НКВД – Владимир Петрович в подобное даже не лез. Да и времени у него на это не имелось. Он бы и на автомобиле перемещаться согласился, хоть это и перебор, разумеется. Не те скорости, не те дороги. Вот перебросить бы из будущего какую-нибудь нормальную тачку, пусть даже и не привычный «Гелендваген», а хотя бы «УАЗ», на котором Виталик во второй раз в прошлое провалился. Кстати, интересно, а что с ним стало? Не с Виталькой в смысле, а с «уазиком»? Как-то об этом больше ни слуху ни духу, а ведь машину по идее должны были найти и эвакуировать. Впрочем, возможно, и нашли, да не смогли вывезти и уничтожили на месте: Дубинин, помнится, говорил, что авто сильно пулями побило. Учитывая, с какой скоростью тогда фрицы вперед перли, наиболее вероятный вариант. Жаль, не догадался у Виссарионыча выяснить, тот наверняка в курсе.

Вспомнив про привычное средство передвижения, полковник лишь невесело вздохнул. Эх, в каком именно варианте истории он остался, его «Батмобиль», как, по аналогии с известным американским фильмом, называли тачку главаря его тогдашние «подчиненные»? Хотя, конечно, глупости все это: в этом времени на поезде всяко надежнее. А еще лучше по воздуху, но наглости попросить у Сталина самолет у Владимира Петровича вряд ли бы хватило. Хотя тот, вполне вероятно, и согласился бы.

Ладно, пора спать: из Горького эшелон вышел поздним вечером, с наступлением темноты, так что сейчас часы показывали уже половину первого ночи. Вовсе не лишняя предосторожность: в светлое время Люфтваффе с удовольствием охотилось за поездами. Правда, в последнее время все реже добиваясь успеха – советские истребители постепенно возвращали себе потерянное в первые недели войны превосходство в воздухе. Не везде, конечно, авиации ближнего действия по-прежнему отчаянно не хватало, но любителей поохотиться на практически беззащитные составы потихоньку выдавливали с небосклона, порой заставляя отступить, сбросив бомбы куда попало, порой – роняя на землю. Являлось ли это результатом вмешательства в ход истории пришельцев из будущего или так все и обстояло в реальности, Батоныч не знал и даже не догадывался. Уж больно много передергиваний фактов и откровенной лжи об этой войне было написано спустя многие десятилетия после ее окончания…

Поездкой в Горький Батоныч остался доволен. Даже расстреливать никого не пришлось. Шутка, конечно. Особо порадовал Астров: Николай Александрович всерьез загорелся созданием в кратчайшие сроки не только «объекта 0–76», но и других артсистем на едином шасси.