Всегда лишь ты

Меня трясёт, а растерзанное в клочья сердце почему-то всё ещё гулко колотиться в груди.

Сажусь на пол, забиваясь в угол, и только там позволяю эмоциям найти выход.

Будучи во власти истерики, не сразу слышу того, кто ко мне обращается.

– Эй, Онил, что такое? Что с тобой?

Убираю ладони от зарёванного лица и некрасиво шмыгаю носом.

– Цветочек, ты чего?

Фокусирую взгляд на человеке, присевшем подле меня.

– Ты меня пугаешь, Роуз. Кто посмел тебя обидеть? – тревога в его голосе кажется такой искренней.

– Он… – только и получается сказать на выдохе.

Всклокоченный Исайя хмурится ещё больше, но с первого раза понимает, о ком я говорю.

– Давай-ка ты встанешь. Вооот так… – поднимает меня с пола и помогает дойти до пластмассового лежака. – Садись. Ты чего раздетая? С ума сошла?

– Плевать на холод, Исайя… – шепчу я безучастно.

– И ничего не плевать. Сейчас, погоди.

Парень возвращается уже через минуту. Походкой по диагонали и с тёплым пледом в руках.

– Укроем тебя как следует.

Укутывает меня одеялом как маленькую и присаживается рядышком.

– Ну что там у вас приключилось? – убирает чёлку со лба и внимательно всматривается в моё лицо.

– Он любит её, Ричи? Любит, да? – почти кричу. Хрипло, на разрыв.

– Роуз, – в его глазах читается жалость и сожаление.

– Я не знаю. Наверное, – растерянно произносит блондин.

Снова накрывает. Слёзы катятся и катятся по щекам, а боль внутри меня настолько убийственна, что я хочу умереть.

Утонуть. Не слышать. Не видеть. Его… Её… Их всех!

– Не надо, не плачь, – Исайя и так, и эдак пытается меня успокоить. – Перестань, Роуз, пожалуйста. Прошу тебя.

Но я рыдаю лишь сильнее. Цепляюсь за его мятую рубашку и доверчиво прижимаюсь к плечу.

– Всё, всё, тише, – целует висок и поглаживает меня по спине.

– Разве мог он так легко забыть меня? Разве мог совсем остыть? Он такой… чужой… и холодный, – бессвязно бормочу я. – Какая-то… индифферентная… глыба льда.

– Что мне делать? Что делать, Исайя? – робко заглядываю в его глаза.

– Мне так плохо. Хочу, чтобы и ему было плохо! – почти кричу.

Ричи тяжело вздыхает и почёсывает светлую макушку.

– Нееет! – отмахиваюсь я, вспоминая колкие слова Лероя, сказанные по этому поводу.

Опрокидывает в себя порцию алкоголя и с грохотом опускает стакан на столик.

– Ты расскажешь о том, что между вами произошло?

– Он сделал мне больно, – отвечаю я уклончиво.

 – Хочу проучить его.

Исайя задумчиво проводит пальцем по губам и хитро прищуривается.

– А ты готова к этому, Роуз? Сможешь показать им, что у тебя есть шипы?

– Твоя девчонка думает, что я на это неспособна, – горько усмехаюсь я.

– Онил, – заботливо берёт меня за руку. – Давай так. Я помогу тебе, а ты… поможешь мне.

На протяжении двухдневного свадебного круиза меня не покидает странное чувство.