Всегда лишь ты

Я напугана. Растеряна. И не могу спокойно смотреть на то, как рушатся отношения этой пары.

– Ну же, давай, расскажи ей, Брукс! – подначивает Смит, грубо толкая его в плечо. – А лучше покажи. Или, клянусь, я сама это сделаю!

Если худший день жизни должен быть именно таким, то я точно не хотел бы повторить это снова.

– Значит, он нас слышит?

Открывать глаза не хочется, но я заставляю себя это сделать. Потому что голос мне вроде как знаком.

– Реакция зрачков на свет…

Вспышка. Яркая до слепоты.

– Не напрягайте его этой штуковиной, док. Вон как сморщился.

Моргаю, чтобы прогнать танцующие круги.

– И правда очухался!

Сперва картинка расплывается, но затем постепенно приобретает всё более чёткие контуры.

– Пульс частит. Успокаиваемся.

Писк аппарата отзывается неприятным эхом в ушах.

– Не переживай, ты не в аду. Хотя уверен, что тебя там очень ждут.

– Мистер Брукс, – строго осекает его мужчина в белом халате.

– С возвращением, Чемпион.

– Тебе ещё рано за грехи отвечать.

Мы встречаемся взглядами, и впервые за долгие годы нашей дружбы я вижу то, чего никогда не видел...

– Напугал меня до усрачки, – признаётся он, спешно вытирая глаза тыльной стороной ладони. – Удумал впасть в кому? Спятил? Что там интересного?

Открываю рот, чтобы попытаться ему ответить, но понимаю, что сделать этого не смогу. Тупо нет сил. Ещё и какой-то намордник с трубками пасть закрывает...

– Дышим… Не перенапрягаемся.

А дышать, кстати, почему-то тяжело как никогда.

Опускаю глаза вниз. Но не вижу, что там…

– Как он? Выглядит неважно… Раскроили они тебя конкретно. Как Франкенштейн будешь.

– Огнестрельные ранения – это вам не шутки. Хирургическое вмешательство было необходимо.

– Оклемается. Он ведь у нас живучий сукин сын! Верно, Лерой?

– Сейчас начнут работать препараты, и в скором времени он снова уснёт.

– Главное, пусть не уходит в астрал.

Голоса становятся всё тише. В голове дикий дурман. Она словно ватой набита.

Тело почти не чувствую.

Соображаю медленно и туго. Но ко мне приходит осознание.

Осознание того, что в тот вечер я не умер...

Первые несколько дней как в тумане. Свидания с миром – короткие и неприятные. Сон – тягучий и длинный, но я этому даже рад. Потому что в этих снах со мной Она…

Парк. Роуз идёт мне навстречу. Вокруг столько людей, но я вижу только её.

Лёгкий, белый сарафан.

Солнечные лучи путаются в развевающихся на ветру волосах.

Тёплая, застенчивая улыбка касается её губ.

Я бы мог смотреть на неё вечно…

Цветные картинки сменяют друг друга. Но память, к сожалению, подбрасывает и жуткие кадры.

Онемение. Холод. Шок. Адская боль в груди.

Нечем дышать. Захлёбываюсь.

Она сидит на земле рядом со мной. Напуганная. Растерянная. В слезах.

Моей крови, чёрт возьми...

Но если и подыхать, то только так. Видеть Её. Слышать Её голос.