Все способные держать оружие…

Надо бы немного подумать…

И только было мы собрались отползти, как в окне появился белый флажок, а потом высунулся по пояс человек. Он махал флажком и руками, призывая к себе наше внимание.

Я припал к биноклю. Немолодое морщинистое лицо, очень напуганное. Не турок.

– Заложник, – предположил я. – Почтовый голубь… Человек меж тем залез на подоконник, спрыгнул на землю и направился к нам, сильно хромая.

– Антон, – сказал я Хижняку, – вели своим его не просто обыскать, а переодеть и жестко фиксировать – лучше к какому-нибудь железу. Только потом мы с тобой к нему подойдем.

– Хижняк обиженно посмотрел на меня – учи ученого… – но подозвал порученца и приказал сделать именно так.

Архип Григорьевич Нечипоренко наши предосторожности воспринял как должное. Был он шофер из Тирасполя, попавший в сегодняшний переплет по причине половой невзыскательности: в «Девятом полку» были самые дешевые проститутки.

Соответственного качества. То, что отпустили именно его, объяснялось просто: он единственный из ста девятнадцати заложников говорил по-русски и понимал по-турецки.

Итак: людей с оружием – двадцать восемь. Еще несколько – пять или семь – явно с ними, но без оружия. Среди этих безоружных три девочки лет двенадцати. Еще есть четыре собаки наподобие доберманов. Они без поводков, ими никто, похоже, не командует, но дело свое – держать заложников в повиновении – собаки выполняют отменно. Как хорошие овчарки со стадом.

Далее: террористы требуют для переговоров государственного чиновника рангом не ниже товарища премьера. Только ему могут быть предъявлены их требования.

Далее: никаких попыток силового решения. В подвале взрывчатка и баллоны с пропаном. Взрыватель установлен по принципу «мертвой руки». Так что даже применение усыпляющего газа приведет к немедленному взрыву.

Далее: переговоры должны начаться в полдень. Если же нет, то начиная с полудня каждый час будут убивать по заложнику. Начнут с мужчин, но вскоре подойдет очередь остальных…

С этим разобрались. Теперь портреты… Архип Григорьевич имеет профессиональную зрительную память, и Мишке не придется возиться с ним так долго, как с бедной девочкой-татаркой. На это уйдет… прикидываю в уме… два часа. Хорошо.

Тем временем займемся организацией вспомогательных подразделений. Они нам понадобятся.

Нужно плотное кольцо. Хижняк предлагает собрать всех полицейских, я сомневаюсь.

Меня никак не отпускает подозрение, что все это и затеяно для того лишь, чтобы оттянуть сюда максимум полицейских сил. Нет. Тридцать бойцов из управления «Н» – и все. Остальных в патрули по усиленному расписанию. А сюда…

Гардемаринов, подсказывает кто-то. Ухватываюсь за эту мысль.

Начальник училища контр-адмирал Аболиц понимает меня с полуслова.