Все дьяволы здесь

 – Я думаю, что первое происшествие – сход поезда с рельсов в Колумбии – действительно было несчастным случаем. Да и остальные происшествия нельзя назвать преднамеренными. По крайней мере, нельзя назвать их целенаправленными. Но в то же время они были неизбежны.

– Что вы хотите сказать? – спросил Пино.

– Он говорит, что ГХС несет ответственность за все эти несчастные случаи, – объяснила Аллида Ленуар. – Или как уж их там называть.

– Я хочу сказать, что все эти годы с того дня, как в Колумбии поезд сошел с рельсов, компания знала, что что-то не так. Но ничего не сделала, чтобы устранить причину, – сказал Гамаш. – Я предполагаю, что ГХС Инжиниринг использует неодим для изготовления чего-то обычного. Настолько обычного, что оно применяется повсеместно.

Он вернулся к истории с крушением самолета.

– Что происходит с самолетом на высоте тридцати пяти тысяч футов? Мы все видели полетные карты и видели отчеты по скорости, высоте и температуре за бортом.

– Она может доходить до минус шестидесяти, а то и ниже, – сказала Юдифь.

– Все замерзает. Самолет сконструирован так, что должен выдерживать это. Но что, если один из элементов не выдерживает? У неодима много преимуществ, но есть один недостаток. Он может раскалываться при перегреве или замораживании. Я думаю, именно это и происходит. – Он посмотрел на Северин Арбур. – Не так ли?

Но она промолчала. Не сказала ни слова. Она тоже была очень бледна.

– Черт побери, – выругалась мадам Ленуар. – Они знали и не остановили производство?

Гамаш перевел взгляд на Алена Пино:

– Что случилось бы, если бы ГХС признала свою ответственность?

– На раннем этапе? После крушения поезда? – Пино немного подумал. – Ничего особенного. Ведь никто не погиб.

– Почему же они не сделали этого? – спросила мадам де ла Гранжер.

– Это отрицание, – предположил Пино. – Они не хотели ничего видеть.

– Я думаю, это зашло гораздо дальше отрицания, – сказал Гамаш. – К тому времени, когда поезд по какой-то причине сошел с рельсов, этот элемент уже был встроен в множество всевозможных вещей по всему миру. В сотни, тысячи, сотни тысяч, может быть, миллионы разных предметов и устройств. Некоторые из них не создавали никаких проблем, но некоторые создавали. А отзыв продукции привел бы к катастрофе для компании.

– И поэтому они закрыли на все глаза? – сказала Юдифь де ла Гранжер. – Зная, что будет дальше? Что погибнут тысячи?

– Они не думали, что кто-то установит связь этих происшествий с компанией, – сказал Пино. – Ведь никто так и не сделал этого. Сколько самолетов взлетает в воздух в этот самый момент с…

– Мы должны остановить это, – перебила его Аллида Ленуар.

– Но мы даже не знаем, в чем изъян, – возразила Юдифь. – Не знаем, что они изготовляют.