Время стрелять

Вы меня понимаете?

— Да что она понимает?! Она уже ничего не понимает! Они со своим сожителем тут каждую ночь наркотики вываривают! — Эрнест перешел на крик, его морщинистое лицо покраснело. — А про рукоприкладство я уже и не говорю! За что ты меня, Светочка, ножом по руке полоснула?

— Когда это было? Сто лет назад! Вы рассказывайте, что у вас сегодня случилось, — устало произнес Драхматулин. — Зачем милицию вызывали? Драка-то у вас имела место или нет? Я вот этого что-то в толк не возьму! Вызывали-то нас на драку!

— А у нас как бы никакой драки и не было! — удивленно улыбнулся Эрнест. — Да нет, сегодня все мирно!

— Как бы или не было? — милиционер повернулся к женщине. — Вы мне можете нормально ответить: дрались вы или нет?

— Да нет, не успели! — призналась Светлана.

Выйдя из квартиры, Лолита сказала Эльдару, что они его сейчас догонят, а оператору скомандовала включить камеру. Журналистка встала на фоне дверей неблагополучной квартиры.

— Мы так и не поняли, произошла ли в этой квартире драка в эту ночь, была ли она раньше, или все еще только предстоит, — заключила Лолита.

Обратно в отдел милиции поехали по Среднему проспекту, на одной стороне которого велись аварийные дорожные работы: стальной ковш врезался в асфальт, рабочие в оранжевых куртках работали отбойными молотками, все это освещалось мощными прожекторами и больше напоминало кино, чем реальную жизнь.

Обе машины остановились возле отдела милиции. Когда все вошли внутрь, Лолита попросила Эльдара немного поговорить с Семеном и его забинтованным другом. Драхматулин тотчас согласился и вывел задержанных мужчин из-за решетки.

— Вы где сейчас работаете, на что живете? — спросил Эльдар татуированного мужчину.

— Картон собираю, — Семен переглянулся со своим товарищем, и они оба улыбнулись.

— Картон, да? — Драхматулин раскрыл лежавшую на столе папку. — А вот у нас почему-то имеется информация о том, что вы здесь по ночам бродите и воруете.

— Так это же только информация, — еще шире растянул потрескавшиеся губы Семен.

— Могу вам со всей ответственностью сказать, что лично я знаю этого человека с детства, и знаю исключительно как честного человека, — вызвался на защиту забинтованный.

— Как честного человека? — милиционер откинулся в кресле. — Вы по какой статье в последний раз освободились, господин честный человек?

— По сто сорок четвертой, — тихо сказал Семен.

— А когда вы освободились, в каком году? — Эльдар просматривал материалы дела и поглядывал на татуированного мужчину.

— Когда освободился? — переспросил Семен и наморщил лоб. — Четыре года назад.

— Я вас, кажется, спросил: в каком году вы освободились? — повторил свой вопрос Драхматулин.

— С точностью сказать затрудняюсь, — признался Семен.