Отзвуки времени

Она успела поймать его на лету.

— А у тебя хорошая реакция, — шепнул он ей на ухо во время поцелуя.

Рита вздохнула: наверное, они поженились только ради того, чтоб на свет появились Галя с Ромой.

Она шла медленным шагом, когда её обогнала пожилая женщина в скромном, но добротном полупальто немаркого серого цвета.

«Сейчас спросит, как пройти», — подумала Рита.

И точно, женщина остановилась и требовательно спросила:

— Где здесь дорога к святой?

«Дорога к святой…» — Рита внутренне усмехнулась. Сформулируют же такое. Если бы знать, где она, та дорога и, главное, как суметь по ней пройти?

* * *Двумя пальцами, словно боясь обжечься, Марина Ивановна достала из коробочки на столике клочок бумаги и уселась на скамейку.

«Дорогая Ксения Григорьевна…» — Карандаш споткнулся, и Марина Ивановна надолго задумалась. Пожалуй, обращение «дорогая» это слишком. По опыту административной работы Марина Ивановна не раз читала на прошениях «дорогой профком» или «дорогая инспекция». Обычно после этого члены комиссии крутили пальцем у виска и рассматривали заявление в самую последнюю очередь. Чтобы адресат отреагировал правильно, просьбу надлежит излагать конкретно и кратко.

Марина Ивановна перевернула записку и вывела: «Уважаемая Ксения!» Нет, так слишком казённо. Она скосила глаза на девушку, которая, обливаясь слезами, строчила листок за листком, и с осуждением покачала головой. Эмоциональные многостраничные послания — наихудшее из зол в личных заявлениях.

Девушка сложила листок, поцеловала бумагу и пошла к чёрному металлическому ящику, куда опускают записки. Со своего места Марина Ивановна видела полукруглый барабан подсвечника, наполненный песком, и золотистое море огня от многих свечей. На стене висела мраморная доска с надписью. Вдали Марина Ивановна видела лучше, чем вблизи, поэтому не составило труда прочесть позлащённые буквы:

ВО ИМЯ ОТЦА И СЫНА И СВЯТОГО ДУХА. В СЕЙ ЧАСОВНЕ ПОГРЕБЕНА РАБА БОЖИЯ БЛАЖЕННАЯ КСЕНИЯ ГРИГОРЬЕВА ЖЕНА ПЕВЧЕГО АНДРЕЯ ФЁДОРОВИЧА. ОСТАВШИСЬ ПОСЛЕ МУЖА 26 ЛЕТ, СТРАНСТВОВАЛА 45 ЛЕТ. ЗВАЛАСЬ ВО ВДОВСТВЕ ИМЕНЕМ МУЖА: АНДРЕЙ ФЁДОРОВИЧ. ВСЕГО ЖИТИЯ ЕЙ БЫЛО НА ЗЕМЛЕ 71 ГОД. В 1794–1797 ГОДАХ ПРИНИМАЛА УЧАСТИЕ В ПОСТРОЕНИИ СМОЛЕНСКОЙ ЦЕРКВИ, ТАЙНО ПО НОЧАМ ТАСКАЯ НА СВОИХ ПЛЕЧАХ КИРПИЧИ ДЛЯ СТРОЯЩЕЙСЯ ЦЕРКВИ. «КТО МЕНЯ ЗНАЛ, ДА ПОМЯНЕТ МОЮ ДУШУ ДЛЯ СПАСЕНИЯ СВОЕЙ ДУШИ». АМИНЬ.

ЭТИ СЛОВА БЛАЖЕННОЙ КСЕНИИ ВЗЯТЫ С НАДГРОБНОЙ ПЛИТЫ[34].

Скомкав записку, Марина Ивановна сунула её в карман и развернула на сумочке чистый листок. Кажется, в церкви принято обращение друг к другу «мать и отец». Написать «мать Ксения»? Она почувствовала, как её охватывает раздражение. Могли бы озаботиться о прихожанах и повесить на дверях готовый образец записки. Нет, с матерью тоже как-то глупо.