Отзвуки времени

Поглощённая смехом, Лина не уловила, был этот голос мужской или женский, а может быть и детский, пока не очутилась лицом к лицу с новым учителем физкультуры. Крепкими пальцами он взял её за плечи, слегка встряхнул и сказал:

— К тебе летит зелёный кот.

Чтобы осмыслить неожиданную фразу, Лина на мгновение остановилась и вдруг поняла, что сильно устала, словно залезала не на легковую машину, а на крышу огромного небоскрёба.

Физкультурник внимательно посмотрел ей в глаза и спросил:

— Ну, и зачем ты это сделала?

У него были спокойные серые глаза, серые волосы с короткой стрижкой и приятное лицо из тех, которые не запоминаются с первого раза.

Учитель Лине понравился, и если бы рядом не стояла директор школы, а охранник не метал разъярённые взгляды, она придумала бы для ответа что-нибудь интересное. Но распинаться перед директрисой не хотелось, тем более, что та уже поднесла к уху трубку телефона и отрывисто сказала:

— Светлана Кирилловна, у нас ЧП! Нет, Лина жива-здорова, даже слишком, но нам с вами необходима срочная встреча.

* * *"

"Чудесный весенний день кружил над городом тёплым ветром. Солнечными бликами сияли свежевымытые окна в домах. И куда ни глянь: дети, дети, дети. Дети в колясках, дети в песочницах, дети на велосипедах, дети на роликовых коньках. Удивительно, откуда их сразу столько высыпало? Улица звенела людскими голосами и фырчала автомобильными двигателями. Покой был лишь там, за кладбищенской оградой. С тех пор как Рита узнала про измену Виктора, она избегала заходить на Смоленское кладбище, а тут вдруг захотелось отрешиться от суеты и попробовать переломить себя. Хочешь — не хочешь, а Виктор отец её детей, и грешно вот так, навсегда, вычеркнуть его из их памяти. У цветочного магазина она немного поколебалась — покупать цветы или не покупать, и в итоге решила, что хватит простого посещения с целью уборки мусора. Цветы пусть дарят другие.

У могилы она пробыла минут пять, не больше. Постояла, глядя, как над кронами трёх старых тополей плывут облака. Тополя росли ровным треугольником, и в пространстве меж ними по обломкам чугунного креста угадывалась старая могила. Рита подумала, что в следующий раз обязательно положит на неё пару цветов.

Разговаривать с Виктором больше не хотелось. О чём говорить, если вся их жизнь была ложью? Упрекать, жаловаться? Она бы и в семейной жизни не стала устраивать скандал, собрала бы детей в охапку да уехала к родителям.

За зиму песок на могиле осел. Придётся заказывать подсыпку, а это снова деньги. Закрыв лицо руками, Рита попробовала отрешиться от настоящего и вспомнить себя с фатой, в белом платье, взволнованную и восхищённую. Но вспоминалось лишь сухое выражение лица регистраторши во Дворце бракосочетаний и то, что Виктор едва не уронил обручальное кольцо.