Отзвуки времени

— Как это не соответствуют? — Вперёд выступила женщина с бантом и потрясла блокнотом. — Я всё записала. Дети играют в грязи, под присмотром неизвестно кого, питаются корочкой хлеба. Девочка мне сама сказала.

Рита прижала к себе детей, за разговором она и не заметила, как они пробрались на крыльцо и облепили её с двух сторон. Понимая, что разговор о них, они выглядели испуганными зверьками.

— Неправда, вы обманываете, — перебила женщину с бантом Галя. — Я вам не говорила про корочку хлеба. — Она подняла голову и посмотрела на Риту: — Мам, я так не говорила. Я сказала про бутерброд с маслом и ответила, что мы сытые.

— Мама очень вкусно готовит, — встрял Рома. — Даже Фриц Иванович сказал, что как в ресторане.

— Фриц Иванович? — хором воскликнули женщины и переглянулись.

— Он самый! — Резко распахнув калитку, Фриц Иванович подошёл к собравшимся и посмотрел на социальных работниц.

Рите нечасто приходилось видеть такое: женщины, только что изображавшие большое начальство, вдруг увяли и потупились, как школьницы. Их руки непроизвольно стали приглаживать волосы и одергивать одежду.

Фриц Иванович ехидно сощурился:

— Значит, говорите — поступила жалоба? Интересно, от кого?"

"Не сговариваясь, все посмотрели в сторону соседского участка, где около забора Надежда Максимовна усиленно делала вид, что окучивает растения. Заметив внимание, она бросила тяпку и ушла в дом.

Из-под кустистых бровей Фриц Иванович зыркнул на женщин.

— Так, Жемарина и Химкина, и давно вы стали заниматься доносами?

— Фриц Иванович, поступила жалоба. Мы обязаны отреагировать, — начала оправдываться рыжеволосая, косясь на свою спутницу.

Он махнул рукой, и женщина замолчала, как хористка по движению дирижёрской палочки.

— Значит так, девочки, идите и доложите своему начальству, что жалоба не подтвердилась. — Фриц Иванович повысил голос так, чтоб его было слышно за забором. — И лично я рекомендую строго взыскать за ложный вызов. Помните нашу русскую пословицу: «Доносчику первый кнут»?

— Мы не хотели, Фриц Иванович, — тихо сказала женщина с бантом, — нас завроно послал, сказал, что его очень попросили.

Она перевела взгляд на Риту и опустила глаза.

Фриц Иванович пристукнул о землю палкой, на которую опирался:

— Идите уже обе, не позорьтесь, а начальнику вашему я сам позвоню. Кто там сейчас у нас? Коля Сойкин?

— Он, Николай Петрович, — наперебой подтвердили инспекторши.

Риту внезапно проняла дрожь. Когда стояла на крыльце, обнимая Рому и Галю, она чувствовала себя сильной, смелой, готовой сражаться за своих детей до полной победы. А ушли захватчицы, и ноги подкашиваются. Если бы не Фриц Иванович…

Сбежав со ступенек, она быстро поцеловала его в щёку, прохладную и сухую:

— Спасибо, что вы есть.