Дочь врага

Но я, увы, не волшебник.

– Это что, шутка? – тихо произношу дрожащим голосом. – Этого не может быть. Нет-нет, только не со мной!

– Ева, – пытается успокоить меня доктор. – Послушай. Так бывает. Но я не говорю, что у тебя вообще нет шансов. Моя обязанность просто предупредить, что, возможно, в будущем у тебя могут возникнуть проблемы.

– Нет!!! – кричу во весь голос! – Это все вранье! Вы отобрали у меня ребенка! А теперь еще и возможность иметь детей!!! Нет! Нет! Нет! Вы все врете!!!

– Сестра! Успокоительное, живо!

Я уже ничего не соображаю, жестокая реальность обрушилась на меня с головой, похоронив под своими останками. Мне страшно и больно. Эта боль, она уничтожает, разрушает до основания, лишая разума. Даже после смерти мамы не было так страшно, потому что я знала, рано или поздно после грозы наступит просветление. А сейчас…Я утонула в бездне отчаяния и боли.

– Матвей, Матвей, пожалуйста, спаси меня…Мне так страшно, – шепчу я, засыпая после укола. Но это лишь жалкая попытка создать иллюзию, что я не одинока…

Я давно проснулась после успокоительного, но просто лежу и смотрю в потолок. Зачем мне двигаться и что-то делать? Разве в этом есть смысл?

– Добрый день, Ева, – раздается с порога.

Глава 25 Ева

Я поворачиваю голову и вижу незнакомого мужчину лет тридцати пяти. От него сразу же веет властью и силой, которую он пытается скрывать за улыбкой. Вот только глаза его остаются холодными и отталкивающими. Неприятный тип.

– Я не в настроении, извините, – снова перевожу взгляд в потолок, рассматривая сто тридцать третью микротрещинку на нем. Это гораздо более интересное занятие, чем общение с людьми.

– Боюсь, нам все же придется поговорить, Ева Александровна, – произносит лениво «хозяин жизни», присаживаясь вальяжно на стул напротив кровати.

– Я что-то неясно сказала? Выход там же.

– Ева…

– Вы не видите, я занята?! Пошли вон отсюда! – срываюсь на крик, все же поворачиваясь в сторону мужчины. А он смотрит на меня снисходительно, с легкой, блуждающей улыбкой на губах. Словно я – сумасшедшая, и приходится объяснять прописные истины.

– Ваш отец умер, – спокойно сообщает он голосом, лишенным каких-либо эмоций. Так обычно говорит женщина в телефоне фразу, которую ненавидят все без исключения: «Абонент находится вне зоны…». Ей все равно, также как и мужчине напротив.

– Извините, слов соболезнования не будет. У вас все? Тогда я вас огорчу: вы зря потратили время. До свидания.

И снова возвращаю взгляд к родной микротрещинке на потолке. Хоть ты мне скажи, какого хрена он приперся!

– Ева, возможно, вы в шоке…

– Я в шоке от того, что вы все еще находитесь здесь! Кстати, кто вы такой?! Что вам от меня нужно?

Мужчина хохочет, откинув голову назад. Как будто я сказала что-то смешное.