Возвышение Королевы

Кажущийся удовлетворенным ответом, край слегка покидает его черты.

— Почему ты все-таки спустилась?

— Я... я не хотела, чтобы ты поругался с Итаном первым делом утром.

Лёгкость исчезает, и он закрывается, как хранилище, которым он и является.

Когда я не отвечаю, он подходит ко мне двумя длинными шагами и обхватывает рукой мое горло.

— Иы беспокоишься о нем?

— Тогда в чем дело?

— Я... ты…ты почти не спал прошлой ночью. — мои губы дрожат. — Верно?

Выражение его лица непроницаемо, и я ожидаю, что он подтвердит, что я сумасшедшая, но он ослабляет хватку на моем горле.

Значит ли это, что я тоже не выдумывала эти голоса?

— Давай. — он берет меня за запястье, чтобы не поранить мою ладонь. — Позволь мне помочь с ванной, чтобы ты могла подготовиться.

— Подготовиться к чему?

— Разве тебе не нужно идти на работу?

Долгий вздох покидает меня. Не потому, что он возвращает мне свободу — потому что, в некотором смысле, я знала, что Джонатан сдержит свое слово, — а из-за того, что он не упомянул ту часть, где он думает, что я сумасшедшая.

Но потом он смотрит на меня через плечо и снова бросает на меня этот взгляд.

Разочарование.

Он... он собирается избавиться от меня, не так ли?

Как с Алисией.

Даже если я иду на работу, я не могу сосредоточиться.

Все, о чем я продолжаю думать, это те голоса, которые действуют мне на нервы и шепчут что-то вроде:

Что еще хуже, так это то, как Джонатан смотрел на меня. И потом, он не пытался прикоснуться ко мне сегодня во время принятия ванны. Его движения были какими угодно, только не сексуальными, с единственной целью помочь мне принять ванну.

Обычно его руки блуждают по всему моему телу, и он требует, чтобы я умоляла его коснуться меня или довести до оргазма.

Не сегодня. Он не проявлял ко мне никакого интереса, даже когда я стояла перед ним полностью обнаженная. Я притворяюсь, что это не пронзает меня насквозь и не оставляет раны похуже, чем те, что покрывают мое тело.

Быть единственным объектом его прикосновений, чтобы внезапно потерять его, это жестче, чем я когда-либо думала.

После душа он помог мне одеться, а затем исчез.

Именно так. Никаких слов. Никаких распоряжений на потом, как обычно.

Холод, который я ощущала, когда он вышел за дверь, был похож на то, что меня засунули в морозильник и заперли внутри.

Это то же самое, что он сделал с Алисией, когда она начала сходить с ума?

Хотя проделать весь этот путь сюда, чтобы доказать свою теорию, вероятно, слишком далеко.

Я отправилась в свое старое здание во время обеденного перерыва, где Пол настоял на том, что никакой посылки не было, и он не видел меня в тот день.