Возвращение грифона

Вот только надо побить этих пятерых, и…

Кулак, прилетавший в лицо, я встретил открытой ладонью — не знаю, почему. Наверное — так было надо. Вероятно, этому человеку показалось, что он ударил в бетонную стену. Хруст, вскрик, сломанное запястье. Один готов.

Второго одним молниеносным движением ухватил за предплечье и шваркнул, как щенка, о стену, находившуюся в пяти метрах от меня. Он пролетел по воздуху это расстояние и ударился о стену со звуком, будто кто-то взял автомобильную покрышку и со всего маха врезал ею о пол. И этот готов.

Трое оставшихся почему-то медлили, и летели на меня со всех сторон, вытаращив глаза, как ненормальные. Их рты застыли в яростном крике, но движения были очень, очень медленными. Понадобилось всего лишь чуть-чуть отшатнуться в сторону, схватить двух за шеи и воткнуть лоб в лоб. Надеюсь, что их черепа выдержали.

Не успели они упасть на пол, как я перегнулся через их падающие тела и резко ударил кулаком в сердце последнего, оставшегося на ногах, с неудовольствием заметив, что грудная клетка этого человека прогнулась и неприятно хрустнула. Все закончилось.

Странно. Очень странно. Мои спутники, полковник — все застыло, как будто я смотрел остановившийся ролик в Интернете — застывшие фигуры, застывшие лица, с выражениями удивления, страха и торжества — в зависимости от того, на чьем лице это было написано.

Интересно — пришло мне в голову — я что, умею управлять временем? То есть я могу остановить время? Или ускорять процессы в своем теле настолько, что весь окружающий мир кажется мне стоящим на месте? Ну-ка!

Я представил, что весь мир застыл — вообще застыл — и действительно, все окружающее превратилось в застывшую декорацию. Статуи падающих людей, удивленно смотрящий на происходящее полковник, Василиса, с радостным восторгом взирающая на бойню, Маша, довольно улыбающаяся, Сергей, иронично ухмылявшийся, как будто знал, чем это кончится. Петр, с легким страхом и удивлением наблюдающий за происходящим.

Все стояли — муляжи людей, декорации к огромной пьесе, под названием жизнь.

Я сделал быстрый шаг вперед — шагать было почему-то трудно, мышцы ног протестовали, кости как будто скрипели на каждом шагу, но так-то было вполне комфортно передвигаться, если не особенно стараться ускорить движения.

Подошел к полковнику, и, не удержавшись, выдал ему великолепный щелбан в лоб. Ощущение — будто я врезал в стальную балку. Палец заболел. Интересно — что потом будет со лбом гэбэшника. Чертыхнулся про себя — забыл, ведь меня точно снимают! А потом посмотрят в замедленной съемке… тьфу, черт! Не надо было этих экспериментов! И уж тем более щелбана… как пацан. Да ладно — поезд ушел. Теперь они знают, что я могу ускоряться в десятки, а может, в сотни раз. Ну и черт с ними. Больше ценить будут.