Возраст – преимущество

Если ночью не сдохну, завтра буду идти часов до двух, не дольше.

Как назло, елки куда-то пропали и лес выглядел редким, но все же это был лес, а не поле. Выбрав взглядом какие-то кусты, понял, что в них я точно замерзну. Черт, как же быть-то? Не успел толком отчаяться, как ощутил, что нога провалилась в пустоту, а за ней и все остальное. Нет, это не было берлогой, простой овраг, я не заметил его склона, в лесу довольно однообразно и немудрено было навернуться. Но овраг мне как раз и понравился. Мало того что в него почти не задувал ветер, так еще и кругом лежали поваленные сосны, дающие возможность устроить удобное лежбище. Усталости такой, как вчера, не было, поэтому принялся за дело даже с радостью. Сначала подобрал место, обломал лишние сучья, промерзшие за зиму, они звонко трещали под моим натиском, и наконец, обустроил кострище. Как же хорошо, что у меня была моя зажигалка, а ведь я не курю, но таскал ее давно. Очередные бумаги из комендатуры Ровно послужили растопкой, а минут через тридцать костерок вовсю разгорелся. Ломая сучья с упавших сосен, я наваливал их сверху на лежавшие толстые стволы, делая навес. Вновь повалил снег, блин, скоро весна, а холода чего-то никак не отступают, обидно, нет бы летом в такую передрягу попасть. Но в то же время снег и помогал, укрывая мою берлогу, он делал ее только теплее, это я признал, забравшись, наконец внутрь и упав на сделанное ложе. Полдела просто идти по лесу день за днем. Если мне каждый день предстоит делать такие берлоги, да на пустой желудок, то, скорее всего, это мое пристанище будет последним, какое я оборудовал по всем правилам. Мне и сейчас это было тяжело и лениво, а что будет завтра или, боюсь подумать даже, через пару дней?

Сон уже не помогал, да и попробуй усни при таком голоде. Больше ворочался да чесался, в баньку бы сейчас, но только после хорошего обеда.

К утру нового дня я окончательно принял решение топать до победного, если бы еще продукты были, можно было бы пожить в лесу, но в моей ситуации… Собираясь в дорогу, напился теплой воды, вытопленной из снега, хоть чего-то горячее в желудок упало. Ночью я вылезал один раз, определить направление, небо было частично скрыто облаками, но все же убедился, что держу верное направление. Шел я на северо-восток, но в мыслях постоянно появлялось сомнение в том, что правильно сделал выбор. Может, нужно было просто вернуться в город, был бы сытым сейчас. Правда, меня один черт отправили бы в Кенигсберг, а мне этого очень не хотелось. Вот и топаю сейчас, в надежде добраться до партизан и там уже решать, как поступать.

Где-то к обеду, судя по редко вылезающему из-за облаков солнцу, я оказался на каком-то поле, и это даже подзадорило меня.