Восторг любви

— И ты все это съешь? — изумленно воскликнул Чей.

— Увидишь, — ответила она, улыбаясь.

Он громко засмеялся.

— Мне нравятся девушки с хорошим аппетитом.

Пойдем, я вижу свободный столик.

Они уселись и принялись за еду.

— Не забудь оставишь немного свободного места в желудке, — предупредил он. — Это всего лишь легкая закуска.

— Закуска? — переспросила она. — Ты имеешь в виду, что будет что-то еще?

— Конечно. Ужин подадут после родео.

Еда была превосходная, и Дана съела все до последней крошки. Улыбаясь, Чей встал и протянул ей руку.

— Пошли, — сказал он. — Начинается родео.

— Да. Как насчет поцелуя на удачу?

Не дождавшись ответа, он наклонился и поцеловал ее сам.

— Будь осторожен, — предупредила Дана.

— Обязательно, — сказал он и подмигнул ей.

В скором времени все места были заняты. Дана чувствовала себя немного не в своей тарелке до тех пор, пока Эшли с подругами не сели рядом с ней.

— Привет, — ответила Дана, радуясь новой компании. — Здорово снова видеть вас, девочки.

Лу Эн, Мэган и Британи улыбнулись ей.

— Я обожаю смотреть, как Чей ездит верхом, воскликнула Эшли, жуя хот-дог. — Он лучший.

— Я никогда прежде не была на родео, — призналась Дана.

— Никогда? — Эшли посмотрела на Дану так, как будто та сказала, что никогда в жизни не видела лошадь.

— Не забывай, я живу в городе.

— Тебе понравится, — заверила Лу Эн.

— Чей выигрывает каждый год, — сообщила Эшли, улыбнувшись.

Сразу после этого ведущий провозгласил:

— Добрый день, дамы и господа, а также детишки всех возрастов. Добро пожаловать на родео по случаю дня рождения Большого Джона. Я надеюсь, вы готовы к развлечению, так как в этом году у нас есть несколько новых скакунов, которые заставят наших ковбоев хорошенько попотеть. Наездник, набравший максимальное количество очков, получит денежный приз в размере двух тысяч долларов и одну из призовых лошадей Большого Джона.

То, что стало происходить дальше. Дана себе и представить не могла. Один наездник за другим вылетали из седла. Это было самое поразительное представление, которое она когда-либо видела.

Вскоре объявили имя Чея. Все, что казалось ей веселым и беззаботным, окрасилось в иные краски.

Одно дело — смотреть, как падают с лошади совсем незнакомые люди, но другое дело — наблюдать за Чеем.

Дверца открылась, и большая черная лошадь выскочила на арену, отчаянно брыкаясь.

Эшли вскочила с криками:

— Давай, Чей! Да, Чей! — Она посмотрела на Дану. — Не правда ли, он великолепен?

— Великолепен, — пробормотала она, не способная оторвать взгляд от Чея. Казалось, он прилип к седлу как клей, одна рука была поднята над головой, тело дергалось из стороны в сторону, в то время как лошадь сопротивлялась и брыкалась.