Королева восстанет

Месяцами я позволял ей пить из меня в надежде, что так она будет в большей безопасности. С чисто рациональной точки зрения мне это почти ничего не стоило. Я нес в себе силу четырех поколений. В сравнении с этим что такое несколько глотков крови?

Но впредь нельзя оправдываться тем, что таким образом я защищаю Флоренс. В нынешней ситуации моя жизнь важнее, чем ее. К тому же теперь, когда мы больше не пара и она считается преступницей, я так или иначе должен буду беспокоиться о своей короне, а не о ее благополучии.

Флоренс поймала мой взгляд, и я тут же пожалел, что вообще на нее посмотрел. Осторожной улыбки, которой она меня одарила, прежде чем повернуться обратно к брату, хватило, чтобы вновь воспламенить мое сердце.

Я подозревал, что так будет продолжаться еще довольно долго. Огонь, который Флоренс разожгла в моей душе, пробрался слишком глубоко, чтобы его можно было потушить. Этот жар угаснет лишь тогда, когда от него не останется ничего, кроме пепла. И я должен свыкнуться с этой мыслью. Наконец-то взять себя в руки, черт возьми. Сейчас нельзя позволять себе отвлекаться."

"Оторвав взгляд от Флоренс, я обвел глазами комнату. Мы вместе с Эрис собрались в моем кабинете и ждали очередного звонка от родителей Флоренс.

Валериан обеспечил нам новый способ связаться с ними, после того как мои люди досконально изучили последнюю линию подключения. Однако он настоял на том, чтобы телефонный разговор не прослушивался и не отслеживался. И хотя у них не будет возможности это проверить, соглашение мы выполнили. Раз все мы стремились к миру, нужно выстроить доверие. Установить честность. Кроме того, я не хотел рисковать и как-то спровоцировать семью Хоторнов, тем самым ставя под угрозу безопасность Лиры. Если с ней что-то случится, я никогда себе этого не прощу. Тот факт, что теперь ее судьба находилась в руках Валериана, не очень-то вселял в меня надежду.

Еще до того, как стало известно о его намерениях, у меня сложилось о нем не лучшее впечатление. С тех пор как Флоренс вернулась с первой встречи с братом совершенно подавленной. Тот факт, что он пытался вонзить серебряный кинжал мне в сердце, тоже не особо располагал меня к нему. Я не доверял этому парню. Только вот, к сожалению, у меня все равно не было выбора, кроме как положиться на него.

Наконец телефон зазвонил, и настроение в комнате мгновенно изменилось. Скрытое напряжение, которое накопилось между нами, стало буквально осязаемым. Эрис напряглась. Флоренс обхватила себя руками, а я почувствовал, как грудь сжимается, словно в ней перестало хватать места для легких. Только Валериан выглядел невозмутимым. Он без колебаний взял трубку и активировал функцию громкой связи.

– Алло? – произнес Валь.

На линии раздался шорох. Затем повисло подозрительно долгое молчание.