Суббота Воскресенского

Рыжее недоразумение, ты где?!

В итоге в понедельник он едва дождался десяти утра и позвонил Надин. В конце концов, начальник должен знать, где находится его подчиненный. Ариадна, конечно, не совсем подчиненная, но мастер-классы в «Жирафе» проводит и заказы для хозяйки со всякими скатертями и занавесками выполняет.

– Я тебя слушаю, – раздался в трубке бодрый голос Надин.

Марк ехал на встречу – показывать очередное помещение очередному заказчику. В офисе разговаривать на личные темы неудобно – слишком много ушей, а в салоне автомобиля – самое оно.

– Я никак не могу дозвониться до Ариадны. Она номер, случаем, не сменила?

– Странно. А когда у нее мастер-класс в «Жирафе»?

– Честно говоря, пока не знаю. Ариадна уехала.

– Кажется, в Рязань, но точно не помню. И когда вернется, сказать не могу. А что ты хотел?

– Хотел пирожки заказать, она пару раз пекла для офисных мероприятий. Но раз уехала… Ладно, поищу другие варианты. Спасибо.

Значит, Ариадна уехала. Жива-здорова, просто уехала.

Но почему телефон не отвечает? Почему сообщения остаются без ответа?

Что-то во всем этом было не так.

Он припарковался перед офисным зданием, в котором стояли свободными два помещения. Предстояло показать их заказчикам.

Про ситуацию с Ариадной Марк подумает вечером.

Главное, у нее все в порядке.

Зачем, кстати, она поехала в Рязань?

Позвонила мама и перешла к главному без предисловий:

– Я купила платье, но оно слишком длинное, нужно подшить рукава и подол. Жду тебя вечером.

– Я не смогу, – ответила Ариадна. – Я не в Москве.

Мама никогда не удовлетворялась общим ответом.

– В Рязань, – вздохнув, призналась Ариадна.

Врать она катастрофически не умела. Ну что стоило ответить: «В Тверь». Ведь ярмарка вполне могла быть и в Твери. Только ведь маме врать нехорошо, правда?

– В Рязань?! Ты у отца?

И началось… Все это было ожидаемо и уже не раз выслушано. О том, что отец их бросил, что она столько лет одна не ела – не спала, поднимала дочь на ноги, что это настоящее предательство, неуважение к матери, черная неблагодарность.

– Мне совершенно не нравится жизнь, которую ты ведешь. Я очень сильно разочарована, Ариадна, – было сказано в конце тоном учительницы.

После этого мама отключилась.

В общем-то, все как всегда и ничего нового. Даже почти не больно. Но только почти.

Ариадна посмотрела на стопку готовых скатертей, на швейную машинку, на лоскуты с пробными вензелями и поняла, что продолжать работу не может. Руки трясутся.

Почему, ну почему ей нигде нет покоя? Кажется, нашла тихий уголок, в котором можно пожить спокойно. Нет. Мама позвонила и все испортила.

Вот что такого совершила Ариадна, чтобы ее жизнь назвали неправильной?

Она вышла из своей комнаты и направилась в коридор. Надела ботинки, куртку, шапку.