Минус восемнадцать

Он явно охотится за деньгами и готов сделать все, что требуется, чтобы заполучить их. Я не эксперт по профилям преступников, но я бы не обвинял его в садизме и расстройстве психики. Хладнокровный и наглый? Безусловно. Но, в первую очередь, ловкий. Если бы он случайно не въехал в твое зеркало заднего обзора, сомневаюсь, что мы вообще занимались бы этим делом.

– Здесь еще один, – неожиданно закричал один из ассистентов.

Фабиан и Тувессон вслед за Муландером подошли к краю ямы и заглянули в нее – помощники Муландера откопали там черный мешок для трупов.

– Вы сделали фото? – спросил Муландер.

Ассистент с фотоаппаратом кивнул.

– Хорошо, тогда поднимайте его.

Они вместе подняли мешок из ямы и положили его на расстеленный брезент. Муландер наклонился вниз, расстегнул молнию и увидел еще один черный мешок для трупов.

– Что бы там ни было, это хорошо упаковано, – сказал он, открыв второй мешок.

Шедший от мешка смрад заставил всех инстинктивно отпрянуть и отвернуться. Как они и ожидали, в мешке находился труп, но он разительно отличался от двух предыдущих. Процесс разложения зашел здесь уже далеко, и тысячи и тысячи маленьких трупных червей покрывали мертвое тело белым колышущимся покрывалом.

– Это человек умер не на прошлой неделе. – Муландер взял щетку и стал счищать трупных червей с отчасти разложившегося лица, принадлежащего женщине или молодому человеку азиатского происхождения.

На трупе был коричневый анорак и бежевые брюки свободного покроя. В одном из углов среди червей лежала вязаная шапка с черепами.

– Но подожди, это же она!.. – воскликнула Тувессон.

– Ты что, ее знаешь? – спросил Фабиан.

– Разносчица газет. Разве вы не помните? Два года тому назад она обнаружила Сета Корхедена.

Фабиан попытался связать воедино концы нитей. Какое отношение к этому имеет Сет Корхеден?

– Твой одноклассник, – продолжила она. – Тот, с кем преступник поменялся местами.

– Я знаю. Но какое отношение Сет Корхеден имеет к…

– Эта женщина нашла его мертвым в постели, когда развозила газеты.

– И откуда ты это знаешь? – спросил Муландер.

– Мы с Ирен потом ее допрашивали. Сони Викхольм. Я помню все так, словно это было вчера.

Муландер рассмеялся.

– Вот это да – ты помнишь всех, кого допрашивала за годы работы.

– Нет, не помню. – Тувессон села на корточки, чтобы лучше разглядеть. – Это далеко не так. Но она, я не знаю, в ней было нечто особенное, что отличало ее от других.

– Каким образом? – Фабиан наклонился вперед, чтобы лучше рассмотреть лицо.

– Не каждый войдет в чей-то дом, как она. Сама Сони объяснила это тем, что ей показалось странным, что Корхеден, который вернулся из отпуска, не встал и не вырвал утреннюю газету из ее рук. Но из-за этого войти в дом, это не совсем нормально.