Выжить вопреки всему

– Я так понимаю, вы не согласны с моим предложением. Что же… я что-то подобное ожидал. Тогда, может, кто-то сразится со мной один на один? – засмеялся он. – Или нет смелых?

По рядам прошелся ропот, и Дарк сам неожиданно бросил под ноги щит и копье, вышел из шеренги и направился к польмарцу.

– Стоять, куда! – заорал ему сержант его полусотни.

Орали и офицеры, которые также пытались его остановить и считали, что ответить на вызов – это их прерогатива. Но Дарк уже ничего не слышал, он и сам не понимал, что с ним происходит. Когда он услышал слова графа, то прекрасно понял, что это может сулить, если Берг убьет поединщика, а Дарка долго и вдумчиво учили, и он должен победить. Ну а если судьба не будет к нему благосклонна, то ему в этом случае уже стыдно не будет. Когда он отбросил щит и копье, ему показалось, что он перешагнул какую-то преграду, разорвав нить, удерживающую его. Кровь ударила в голову, тело стало легким и уверенным, сила переполняла его.

– Ты точно решил умереть, парень, – усмехнулся польмарец, когда Дарк замер в нескольких метрах от него. – Что, старше никого не нашлось, что послали мальчишку? – громко проорал он.

– Ты вначале со мной справься, а потом уже старших требуй, – ответил ему Дарк и взялся за рукоять меча.

– Ну, тогда защищайся, – и с этими словами противник выхватил меч и бросился к Дарку.

Польмарец был силен и быстр, хотя быстр не настолько, чтобы опередить Дарка. А вот силы у него было немерено, он и надеялся больше на нее, чем на умение фехтовальщика. Но он был очень и очень опасен. Вот меч Берга мелькнул перед самым горлом Дарка, и если бы он не отшатнулся, то точно противник вспорол бы его.

Дарку пришлось приложить максимум усилий, чтобы достойно сопротивляться. Он кружил, уходил в последний момент из-под удара, заставляя противника проваливаться и терять силы, парировал удары плоскостью меча. Вспомнив все, чему его учил его наставник, он перешел к быстрым небольшим атакам, словно укус москита, нанося то ранку на запястье руки, то на икроножной мышце, небольшие, но кровоточащие раны, и старался всеми силами не попасть под удар меча графа Берга, понимая, что на этом все для него и закончится.

Граф постепенно уставал, он уже не так быстро двигался и махал мечом, в его глазах временами мелькала озабоченность, непонимание и даже страх. А Дарк, наоборот, только прибавлял и прибавлял в движении. Сколько так продолжалось, он не знал, но сам уже взмок от пота с головы до ног. Лицо его противника было красным, он дышал тяжело, как загнанный олень, стал чаще и чаще проваливаться при атаках.