Смерти вопреки

Вор оглянулся на дверь, закрыта ли она, и только потом спросил:

– Отойдем в сторону, там и объясню.

Когда я замолчал, он пару минут молчал, соображал, потом спросил:

Стоило мне назвать адрес, как он радостно оскалился:

– Так это барский дом. Чего уставился? Из старых домов, при царе построенных. Один кореш мне… А! Ладно, знаю я такие дома. Тебе что там надо?

– Так пойдешь или нет?

– Отвечаешь, что хавира пустая?

Собрался Тимоха, к моему удивлению, быстро, и спустя час мы уже подходили к дому. После короткого обсуждения было решено проникнуть в дом через второй подъезд. В квартире наверняка оставили засаду, но при этом могли оставить пост на улице или в подъезде. Если за домом наблюдали, то нас вполне могли посчитать за жителей, поздно возвращавшихся домой. Пройдя через чердак, мы спустились на третий этаж. Я ему еще по дороге объяснил, что не знаю номера квартиры, на что вор буркнул:

– Стой на месте, – тихо скомандовал он мне, когда мы ступили на лестничную площадку, а сам, осторожно передвигаясь по площадке, стал щупать коврики у двери. Что он делал, угадать было нетрудно. На улице снег и жильцы квартир вытирают о половики ноги. Отсюда вывод: если в квартире живут люди – половик мокрый или влажный. У одной из квартир Тимоха остановился и кивнул головой в сторону двери. Испытующим взглядом посмотрел на меня, как бы оценивая, нет ли у меня мандража, после чего тихо спросил:

Я кивнул. Тимоха оказался виртуозом своего дела, затратив менее пятнадцати минут на вскрытие двух сложных дверных замков. Осмотревшись, я вошел вслед за ним в квартиру, а затем аккуратно прикрыл за собой дверь. Натянув на руки перчатки, я сунул вторую пару Тимохе в руку. Тот удивленно посмотрел на меня, потом на перчатки, но говорить ничего не стал, а просто натянул их на руки. Некоторое время мы вслушивались, заодно привыкая к темноте, и только потом прошли в комнату. Вокруг меня сомкнулась тяжелая, вязкая тишина, но вору она, видно, такой не казалась, потому что он быстро, ловко, почти бесшумно обошел всю квартиру, при этом задергивая тяжелые шторы на окнах, и только после этого включил фонарик. Следом за ним я щелкнул выключателем фонарика. Домушник навел луч на стол, потом провел по нему пальцем и тихо сказал:

– Месяца три, а то и больше здесь никого не было. Так что ищем?

– Осмотрись сам. Нужны места, где можно спрятать ценные вещи. И еще раз повторяю. Ничего не брать. Ничего. Ты меня понял?

– Да говорил ты уже. Чего повторяешь? – недовольно буркнул вор.

Он сначала заглянул на кухню, потом обшарил взглядом гостиную, подсвечивая себе фонариком, после чего исчез в спальне. Дожидаясь его, я остался сидеть на стуле в гостиной.