«Волос ангела»

Распрощавшись с каким-то вялым сегодня художником — не выспался или очередная хандра напала, потому что не идут, ну хоть убейся, его работы? — Базырев вышел на лестничную площадку. Услышав, как щелкнул замок закрывшейся за ним двери квартиры, Юрий Сергеевич быстро спустился этажом ниже, пристроил чемодан на широкий подоконник грязного окна, достал из кармана ключик, отпер замочки. Не сдержавшись, облегченно перевел дух и улыбнулся удовлетворенно: коробки с упакованными в них иконами были на месте. Открыл одну — «Никола Морской». Сурово глянули с темного дерева неистово-пронзительные глаза святого угодника.

Бережно запаковав икону в коробку, Базырев закрыл чемодан, тщательно запер его и пошел вниз.

Нет, не зря он притащил все это к Калистру. Держать у себя такие вещи опасно. Мало ли что может случиться. Тем более когда имеешь дело с людьми вроде Невроцкого и Антония. Человеку его профессии всегда хорошо быть налегке, не обремененным никакими громоздкими ценностями. Опять же, случись провал, то как от всего отпираться, если у тебя найдут краденые старинные иконы? Это вам не деньги. Да и ближе отсюда, от квартиры художника, к нужному месту, где у Юрия Сергеевича эти чемоданы возьмут с рук на руки и доставят дальше, по назначению.

Потом надо будет передать собранные деньги — уже в другом месте, отправившись на жительство в более теплые края, поближе к югу России. Хватит с него Москвы, а в теплых краях его уже давно ждут по известному адресу, получив от него деловое письмо. Примут, обогреют, может быть, наконец-то отправят домой…

Да, все это будет, если не последует нового задания из Империи. Сегодня, в обмен на иконы, он должен получить другие, новые документы и ключи от заранее подготовленной квартиры. Станет каким-нибудь Петровым или Сидоровым, соберется не спеша и на поезд.

Правда, завтра еще надо ждать визита господина жандарма — он обещался обязательно прийти именно завтра. К тому времени задачу убрать Антония и Пашку Алексей Фадеевич должен выполнить, а Юрий Сергеевич выполнит свою — уберет Невроцкого. И нет больше никаких концов для господ из ВЧК.

Прихода Алексея Фадеевича стоит, наверное, подождать на улице, спрятавшись где-нибудь в саду или притаившись за полуоткрытыми дверями стоящего за домом сарая для дров, — зачем неоправданно рисковать, встречаясь с ним лицом к лицу? Мгновенная смерть — Божий подарок! Так пусть же она придет к бывшему жандармскому ротмистру неожиданно, с выстрелом в затылок…

Прищурясь от яркого света, ударившего по глазам после полумрака подъезда дома, Базырев немного постоял, рассматривая прохожих, спешивших мимо него по шумной в этот час улице.