Воин-Врач III

А жуткий обгорелый, обугленный козий череп на столбушке повернулся точно сам собой и вперился пустыми глазницами во Всеслава. Словно сами Боги его повернули, прося за девчушку, донося из-за Кромки последнюю волю покойницы.

У нетопырей в руках сами собой оказались луки и мечи, бойцы озирались в поисках врага, живого или мёртвого. С князем они не боялись одинаково ни тех, ни других. Но оружие, главный и самый верный оберег любого воина, придавало сил и уверенности всегда.

— Воевода Рысь! — глухой рык Чародея будто снова сливался-разливался из двух наших голосов. Гнат чуть подал вперёд Булата и склонил голову.

— Нелюдей тех сыскать. Нынче же. По воле Мирославы сделать. Паскуду Гузно с ними вместе. Кого ещё виновного сыщешь — тоже.

Ярость, рвавшаяся наружу, навстречу горю, боли и страху маленькой девочки Леси, не давала говорить длинными фразами, перехватывала горло.

— На санях укрепить столбы. Шваль эту, падаль, мразь — на них. До границы с ляхами домчать и там оставить. Седмицу рядом чтоб никого с той стороны. Стрелами отгонять. Только волчий вой да песнь стрелы́ на тризне. На седьмой день оставить. Пусть забирают своё отребье. Хоть к Болеславу, хоть к папе, хоть в Пекло."

"Низкий глухой голос, на людской не похожий, что звучал одновременно и одним, и целым хором, как по волшебству унял и птиц, и ветер. Леся испуганным зверьком смотрела на сидевшего верхом князя, обнимая могилу бабушки, и, кажется, не верила, что слышит речь человека.

— Через Ставра Буривою. Сюда пусть шлёт людей верных и с ними травницу или знахаря. На ручье этом, здесь, сладить капище или жальник, сами решат. Память доброй Мирославы хранить вечно. Она больше во сто крат людей спасла, чем мы погубили, честь ей и хвала вовеки!

Рысь кивнул, не поднимая глаз. Кажется, в первый раз за всё то время, что Всеслав знал его.

— Патриарху по всей Руси разнести: судить лекарей могу один я, или тот, на кого сам укажу. Кто без моего слова казнит или вред причинит лекарю, травнице, знахарю, ведуну, костоправу или зубодёру — врагом мне станет!

Судя по длинной фразе — отпускать начинало. Утихал огонь внутри наконец-то.

— Из Турова сани пригнать, да всё хозяйство её, что Мирославина внучка укажет, в Киев с нами забрать. Думаю, у неё и Федосу, и Антонию, да и мне самому поучиться полезно будет. Поедешь с нами в Киев, девонька?

Голос был уже больше похож на живой. Но ответить, совладав со своим, Леся смогла не с первой попытки:

— Поеду. Храни тебя Боги, батюшка-князь!

Слёзы продолжали течь по её щекам, но, кажется, уже не только от горя.

Глава 13

Позор для короля

Это было неожиданно, и от этого снова очень страшно.

Спокойный, хладнокровный, сдержанный и рациональный король Польский Болеслав Второй Щедрый запил.