Туман над темной водой

И как она вообще могла подумать, что этот человек может быть убийцей.

– Думаю, ты действительно ни при чем, – согласилась она. – Веня точно таскал сетки с едой не тебе, да и к сбежавшим уголовникам ты вряд ли имеешь отношение. Просто я же тебя совсем не знаю.

На мгновение она отметила, как легко случился между ними переход на «ты», и тут же забыла об этом как о совершенно неважной детали.

– Я – бизнесмен, второй партнер в фирме, владеющей самыми крупными ресторанами в нашем городе. В прошлом я служил в армии, в спецназе, поэтому кое-что знаю и умею. И видел в своей жизни гораздо больше, чем мне хотелось бы помнить. Но сейчас я веду белый легальный бизнес, а в свободное время возглавляю поисковый отряд, потому что так понимаю свой гражданский долг. Я не имею отношения к сбежавшим уголовникам, я не убивал этого вашего Веню, но мне не нравится, что тут происходит, потому что у меня пропал друг и потому что твой сосед очень странно себя ведет, таскаясь на болота с огромными порциями провианта. Так что я намерен во всем разобраться. Это все. Полиции я не боюсь и ни от кого не скрываюсь.

На этих словах Ирина вполне ощутимо вздрогнула.

– Давай. Теперь ты.

– Что я? – не поняла она.

– Твой черед рассказывать, что ты тут делаешь.

– Я? Я тут живу.

– Ира, – он взял ее за плечи и хорошенечко встряхнул, – давай договоримся, что врать ты не будешь. Сейчас я позвоню, и сюда приедут полицейские. Они станут задавать те же самые вопросы, и если тебе есть что скрывать, то нам надо придумать на них ответы до того, как станет слишком поздно. Я не думаю, что ты причастна к убийству, поэтому давай, рассказывай.

– Мне нечего рассказывать, – упрямо ответила Ирина.

В его глазах она прочитала что-то похожее на восхищение. Странный он все-таки, этот самый Александр Веретьев."

"– Ира, одинокая городская женщина с двухлетним ребенком, мало похожая на коренную деревенскую жительницу, после долгих лет в конце апреля приезжает в дом своей бабушки, который стоял брошенным. В нежилой деревне, где, помимо нее, живут всего два человека, она разбивает огород и начинает налаживать жизнь, к которой совершенно не приспособлена. Она приезжает не в отпуск, а надолго. Такое возможно только в том случае, если она от кого-то скрывается. От кого? От мужа?

– У меня нет мужа. – Она вздернула подбородок еще выше. – Мы развелись, когда Ванечке был год. А несколько месяцев назад мой муж умер. Погиб. Покончил с собой.

– Ты чувствуешь свою вину? – быстро спросил он.

Ирина отрицательно покачала головой.

– Нет, я тут ни при чем. Пожалуй, я виновата только в том, что вообще вышла за него замуж, хотя и не любила. Мне казалось, что это признак нормальности – завести семью.