Жизнь во благо Родины

Знаешь, какая разница между прошлыми договорами и новыми, которые я получил буквально на днях? Все то же самое, мы предоставляем технологии, материалы на первых порах, строить начинаем сами и обучаем местных, но!.. – Пауза была очень многозначительной. – За все это будет заплачено! Разницу чувствуешь? Твои предшественники, те, кто занимался проблемами Африки до последнего момента, легко договаривались с африканцами, но все было за наш счет, а у СССР лишних денег нет. Одни твои проекты по строительству и стимулированию рождаемости требуют безумных затрат, поэтому результаты можно считать великолепными. Естественно, деньги туда-сюда мы возить не собираемся, существует взаимозачет.

По приезде на дачу генерального секретаря СССР мне вновь не позволили сделать то, к чему я стремился. Шелепин перехватил меня сразу, едва мы с Семичастным пересекли периметр. Хозяин встретил нас лично, видно заранее все было оговорено между друзьями, и, утащив гулять по саду, завел разговор.

– Я все и сам понял, товарищ Шелепин, не нужно считать меня дитем неразумным, – во время паузы, взятой генсеком, я открыл рот. – Если честно, то сейчас мне кажется, что вы все – оправдываетесь. Не нужно этого, говорил ранее и повторю, я делаю все это для страны, а не для кого-то лично. Если я что-то могу, обязательно сделаю. Просто не нужно играть меня втемную, достаточно попросить, объяснив ситуацию.

– Поговорили, – заключил Семичастный хмуро, а генсек, тот самый Железный Шурик, стоял и смотрел мне в глаза. Взгляд его был странным, не злой, не надменный, а какой-то задумчивый и отстраненный.

– Извини, Саша, иди к семье, они в доме. Надеюсь, мы поговорим позже, хотелось бы услышать о твоих приключениях, если ты не против.

– Конечно, о чем речь, Александр Николаевич, в любое время, только…

– Да поезжай ты в свою деревню, поезжай, никто тебе не мешает, только с охраной!

– Спасибо. Пока буду отдыхать, могу написать полный отчет. Я, когда пишу, могу вспомнить любую ситуацию поминутно.

– Еще бы, ты ж писатель! – опять съёрничал председатель КГБ. Вот уж кто никогда, кажется, не теряет чувства юмора.

Встреча с семьей оказалась короткой. После того, как схватил на руки своих девчонок, повисших на мне, резко поплохело, закружилась голова, руки разжались, и, чуть не уронив жену и дочь, я осел на пол прямо на крыльце дачи Шелепина. Сознание не терял, но силы ушли и мутило.

А дачка, кстати, ничего так, понятно, что казенная, но все же. Дом небольшой, но уютный и красивый, видно, что не старый, отделка совсем свежая, максимум пару лет как построен. Интересно, кому раньше принадлежал? Ну люблю я дома, люблю, вот и сидя на полу, в ожидании врача, за которым немедленно послали, оглядывал помещение.