Вначале было слово

Он запросто может продолжить зверствовать до появления милиции, — возразила Гера.

— В такой ситуации логичнее бежать. У Цыпы наверняка есть заграничный паспорт и все схвачено. Через сутки он окажется где-нибудь в Южной Америке, — привела новые аргументы Светлана.

— Да перестань, — махнула рукой Гера. — Дело будет — громче некуда. Представляешь заголовки в газетах! «Маньяк-миллионер устраивает массовое самоуничтожение молодых спортсменок». Это даже хлеще мафиозных разборок. Дело окажется под личным контролем какого-нибудь большого начальника. Он ментам так вклеит за ошибки! А самой серьезной ошибкой было бы выпустить Цыпу за границу. Думаешь, следователи этого не понимают? Еще как понимают и давно контролируют все международные аэропорты. Нет, воздушный путь Цыпе заказан. Он может пересечь границу только нелегально. Для этого ему надо срочно бежать, а он спокойно шляется по лагерю. Ты, Светик, глянь в окно. Видишь его? Так что наши мучения продолжаются…

Знала бы Гера, какой кошмар предстоит им пережить через несколько часов."

"В половине восьмого девушек вывели из домов и усадили с одной стороны от арены. С другой стороны находились привилегированные особы, Марципанов и его холуи. Внезапное преображение арены сильно удивило спортсменок. Они долго гадали, что бы это значило и в конце концов пришли к общему выводу: ничего хорошего. Абрам и Муфлон приволокли на арену большой деревянный ящик. Он закрывался на тяжелый навесной замок и обычную защелку. Сейчас замок сняли, а к защелке привязали длинную веревку, которую пропустили через ячейку ограждающей арену сетки. Ящик пробудил в Светлане жуткие предчувствия:

— Ой, девчонки, сейчас Цыпа продемонстрирует нам самую большую свою подлость.

— Смотри, накаркаешь! — сердито бросила несостоявшейся любовнице Червякова.

— Перестань! Ящик-то вот он, стоит на арене. Тут каркай не каркай, все равно уже ничего не изменишь, — одернула Музу Демидова.

— Мы немножко изменим традицию, проведем жеребьевку сейчас, — заявил Марципанов.

Он сунул руку в шапку, достал бумажку и громко зачитал.

— Нет! — отчаянно воскликнула Червякова, услышав имя своей любовницы.

Игорь Леонидович проигнорировал ее возглас и махнул рукой:

— Давайте!

Два охранника привели Истомину, грубо бросили ее на арену и старательно закрыли дверь. Дождавшись команды Игоря Леонидовича, Муфлон потянул за веревку.

Защелка соскочила, дверца распахнулась. Минуту ничего не происходило. Затем Ксюша, не утерпев, подошла и с нескольких метров заглянула в ящик. Ее лицо исказилось от ужаса. Из ящика выползла змея. Девушкам она показалась громадной, хотя это был меньший из пойманных Барнсом сетчатых питонов. Змея не ела больше двух месяцев и очень проголодалась.