Владычный полк

Само такое посольство было довольно многочисленно – от двухсот до пятисот человек. Для подарков вручались «росписи» – кому из иностранцев, чего и сколько давать. В качестве подарков выступали меха горностая и соболя, «рыбий зуб» – так назывались моржовые клыки, ловчие птицы – соколы и ястребы; богато украшенное оружие.

Посольство вело «статейный список» – своего рода дневник, где описывалось все, что они видели: города, дороги, местные обычаи. В такие посольства обязательно включался царский соглядатай, который потом докладывал царю при личной аудиенции, кто из послов что говорил и как себя вел.

Послом пониже рангом был «посланник» – им назначались дьяки или старшие подьячие. И уже совсем простым был гонец – из младших подьячих или толмачей. Он только передавал в руки чужого государя отправленную грамоту.

Приказ возглавлял дьяк, имевший годовое жалованье 200–250 рублей. В приказе было три повытья – своего рода отделы. Два из них ведали сношениями с Европой, один – с Азией. Их возглавляли старшие подьячие с доходом до пятидесяти рублей в год. Простой подьячий, в зависимости от службы, имел от 5 до 50 рублей годового дохода. Имелись многочисленные писцы, толмачи с разных языков и золотописцы, расписывавшие грамоты золотом и красками.

Сафон рассказал Андрею о Посольском приказе. Немного сбивчиво, но Андрей суть понял, и в его голове сразу созрел план. Ведь он кучу языков знает, даже сам не представляет сколько.

– Хочу толмачом устроиться в Посольский приказ, – заявил он. Ведь тогда у него прямой доступ к переписи будет. Второго такого шанса уже не представится.

– Ты же немец! – изумился Сафон. От удивления он даже отставил в сторону кружку с пивом. – То есть – как есть чужеземец. Не можно!

– А кто знает, что я немец? Русским представлюсь.

– Толмач с немецкого уже есть, – парировал Сафон.

– Так я еще шесть языков знаю, – не отставал Андрей.

– А борода? – привел последний аргумент Сафон.

– Ты поговори, с кем положено, кто толмачами заведует. Дело, я полагаю, не быстрое. Я к тому времени бороду отращу, в одежды подобающие оденусь.

– Я ведь крест на верность государю целовал.

– Разве это измена – человечка знакомого на государеву службу устроить? Ты сколько жалованья получаешь?

– Один рубль. – Сафон помолчал и добавил: – В год.

– Ну вот. А я тебе золотой талер дам. На эти деньжищи ты можешь село купить или лавку с товаром, купцом стать.

Сафон колебался – Андрей по глазам видел. Тогда он привел последний довод:

– Ты поговори. Может, еще не возьмут меня, и у тебя совесть чиста будет.

– Поговорить можно, – вздохнул с облегчением писарь. – Ты только про бороду не забудь.

После расставания Андрей пошел домой. По случаю позднего времени в лавке не было никого – ни покупателей, ни Василисы.