Князь Владимир

К тому же он уже получил свое сокровище, сам заявил.

– Вольдемар, – сказал Олаф торжественно, – я хотел бы пригласить тебя на свадьбу!

– А кто женится?

– Я.

Владимир окинул его критическим взглядом с головы до ног. Викинг выглядит счастливее, чем если бы нашел десять таких ларцов. Эта мысль наполнила Владимира печалью. Могуте наплевать на золото, у него появилось сокровище неизмеримо ценнее, Олафу тоже наплевать, только он цепляется за этот желтый металл и блестящие камешки!

– А как же служба? – напомнил он. – Если мы утром не появимся в казарме, нас выгонят вовсе.

Олаф беспечно усмехнулся:

– Плевать!.. Человек живет не ради денег. Я встретил то, ради чего мужчины воюют, скитаются по свету, уходят из отцовских гнезд, разрушают и завоевывают королевства.

– А мне надо утром быть на службе, – сказал Владимир.

Он обнял Олафа, похлопал по спине. Викинг был красив, глаза блестели счастьем.

– Я желаю тебе удачи, когда вернешься в Гардарику.

– Благодарствую.

Владимир повернулся к своему коню, потом вдруг словно вспомнил нечто несущественное:

– Ах да!.. Я все-таки отыскал то сокровище. Ты был прав, там не так уж и много, но все же усилий стоило… Возьми эти монеты, здесь по дороге есть «Ромул», лучшая харчевня в городе. Выпей лучшего вина за мое возвращение на Русь!

Олаф изумленно смотрел на золотые монеты в его ладони. Это было настоящее полновесное золото, а на монетах выступали полустертые лица незнакомых римских цесарей.

– Ты все-таки нашел… – выдохнул он. – Ты… За что тебя любят боги?.. – Опомнившись, он протянул монеты обратно Владимиру: – Нет, забери.

– Это не доля, – объяснил Владимир, – просто вспомни меня за чарой. Боги сделают мне путь легче.

Олаф покачал головой:

– Феора терпеть не может мужчин, от которых несет вином. А ее отец говорит, что вся Греция погибла от вина. А ныне сгинет и Римская империя.

Владимир засмеялся:

– И ты веришь? Ее отец наверняка сам тайком прикладывается к кувшину. А Феора на самом деле больше уважает мужчин, которые умеют пить, а ума и мощи рук не пропивают! Отныне тебе нести крышу дома на своих плечах, а такой человек должен отвечать за свои действия. – Он заставил Олафа спрятать монеты, еще раз обнял: – Помнишь родник у гигантской шелковицы? Я там дам отдохнуть коню.

Олаф спросил удивленно:

– Зачем ты мне это говоришь?

– На тот случай, если вдруг передумаешь.

Олаф посмотрел ему в глаза, медленно покачал головой. Голос викинга был тверд:

– Нет. Мужчина рано или поздно находит настоящую женщину. И понимает, что всю жизнь шел именно к ней. Я нашел, Вольдемар!

Они обнялись, затем Владимир вскочил на коня, гикнул, как дикий печенег, и вихрем вылетел за ворота.

Олаф сожалеюще смотрел вслед.