Вкус ледяного поцелуя

Допустим, обе жертвы находились в постели, и их для начала оглушили, но ведь один мог быть в ванной, другой в кухне или еще черт знает где… И пока возишься с одним, второй доставит большие хлопоты. Я все понятно излагаю? Анонимка говорит скорее о моей непричастности к убийству. Проще сказать, намекает на подставу, как и твое появление в подъезде, предложенные ключи…

– Черт, – выругался Коля. – Он ведь расскажет ментам. Я имею в виду Купреева.

– Это хозяин теннисного клуба?

– Ну…

– Будет молчать в тряпочку, раз сам заказывал дубликат. Хотя мог не заказывать, а просто спер ключи у парня и назад не вернул. Тогда все еще больше запутывается.

– Послушай…

– Это ты послушай. Кто-то Купрееву эту идею подсказал. Начнешь ему мозги вправлять, – поторопилась я, видя, как Колины кулаки непроизвольно сжались, – так он, захлебываясь кровью, будет уверять, что просто хотел услужить. Мне, естественно. Очень правдоподобно. И разумно. Потому что знает, скажи он правду, и… в общем, долго с правдой он не протянет.

– Я ничего не понимаю. Тебе выгодно было, чтобы Дидонов…"

"– Не говори глупостей. На что мне его кончина? Я хотела прижать ему хвост, выслужиться перед хозяином: вот какая я молодец, раздобыла чудесненький компромат, и теперь эта гнида у нас в кармане, пикнет, так мы его сразу к ногтю.

– Это ты говоришь, – проворчал он, но уже спокойнее.

– Ага. Кто-то устраивает бойню и пытается перевести стрелки на меня, но делает это так неумело… Словом, кто-то здорово пудрит нам мозги.

Коля смотрел на меня с недоумением, так что пришлось ему пояснить.

– Кто-то избавился от Дидонова и при этом намекнул на мою причастность к этому. Конечно, обвинить меня в заказном убийстве вряд ли получится, но разговоры тоже чего-то стоят. Следовательно, мой хозяин, желая все замять, пойдет на компромисс, менты выберут самую удобную версию: Дидонов пал от руки ревнивого любовника, который с перепугу повесился. Для слуги народа смерть довольно неказистая, все дружно начнут заминать скандал, и соратнички, и враги обретут завидное единство. В результате никому и в голову не придет докапываться до правды.

– А ты? – помолчав немного, спросил Коля.

– На фига мне это? – искренне удивилась я. – О ключах не беспокойся, Купреев будет молчать, а если откроет рот… я ему не завидую. Ключи, кстати, отдай мне. – Коля с сомнением протянул мне ключи, а я притормозила. – Вот твой дом.

– Спасибо, – буркнул он и вышел. Я крикнула вдогонку:

– Эй, тебе никто не говорил, что добрые дела наказуемы?

– Да иди ты к черту, – отмахнулся он.

Я посидела немного, потерла лицо ладонями и изрекла:

– Лялин прав, что-то у нас затевается. Знать бы еще – что.

Утром меня никто не беспокоил, значит, трупы еще не нашли. Часов в одиннадцать я позвонила Виталию.