Вишенка 45. Сильным трусы не нужны

Пока “мальчики” разговаривают, я быстро выполняю часть плана для финальной точки над “i”, доедаю свой ужин и даже выпиваю бокал красного вина, произнося про себя тост: “Виктория, за твою Виктори!”

Держу себя спокойно, но внутри меня бушуют эмоции и страсти. А главное…

Мне очень сильно хочется плакать. Нет, прямо завалиться на пол на спину, колотить руками и ногами и орать так, чтобы у меня самой уши от крика заложило. Почему?!

Да, потому что так хреново мне не было еще никогда в жизни."

"Даже недавно в аэропорту я не чувствовала себя такой униженной и оскорбленной.

Завершив разговор, Парамонов звонит по телефону кому-то из своих людей:

– Сейчас выйдет госпожа адвокат. Отвезите ее домой. Нет. Наружку и охрану снять. Все верно это больше не наш объект!

Договорив, Парамон поворачивается в мою сторону. Сверлит меня минуту молча взглядом.

Принимаю его и глаз не отвожу, потому что я не из ссыкливых сучек, чтобы перед кобелем хвост поджимать.

– Графиня, карета подана! Удиви меня ещё чем-нибудь на прощание, – через губу произносит Парамон.

– Отлично! – говоря, наклоняюсь и сдергиваю с ноги трусы.

Встаю из-за стола, беру вещи и, проходя мимо Парамоши, швыряю на его тарелку шелковый кусок ткани нижнего белья.

– Ну, что ж с чего начали, тем и закончим. Приятного аппетита!..

Глава 39

Я проснулась. Вернее, меня разбудил солнечный заяц. Этот веселый хулиган пробился через плотные жалюзи и портьеры и скакал по моим векам.

“Такой же наглец, как и Парамонов”, – тут же пролетает в моем мозгу мысль, которая снова роняет меня в пучину жарких воспоминаний.

Память не остаётся в долгу и сразу же подкидывает киноленту сладко-порочных кадров по грифом “То ли сон, то ли ни сон”.

Смотрю их с наслаждением маньяка.

Реально чувствую, как по моему телу бегут табуны мурашек от щекотных прикосновений умелых пальцев гаденыша Парамошки.

Укаю, мычу, отбрыкиваюсь. Начинаю хихикать, но глаз не открываю.

И пусть все это не сейчас. Но…

Так приятно наслаждаться ловкими ненасытными и жадными движениями рук Парамоши, исследующих моё тело.

Мне нравятся ощущения лёгких дуновений и влажных поцелуев моих нежных местечек.

От них мои соски становятся тугими камушками, а между ног мокро так, что влага струйкой стекает по внутренней стороне бедра.

Мне жарко. Я плавлюсь.

Понимаю, что от возбуждения у меня развиваются тактильно-слуховые галлюцинации.

На фоне своего сбивчивого дыхания еще слышу и тяжелое рычащее мужское.

От происходящего у меня голова идёт кругом.

Хочу видеть своего зверя. Представляю его.

Вижу затуманенный взгляд темно-синих штормовых глаз Парамона.

Тону в них. Забываю обо всем, даже о своей обиде на него.

В моей голове только мы и наша близость.

Смотрю Парамоше в глаза и облизываю губы.